Российские кредиты остаются самыми дорогими в мире
Фото: www.globallookpress.com
Россия Экономика Банк

Российские кредиты остаются самыми дорогими в мире

С 30 октября в России действует новая ключевая ставка – 8,25%. Напомним, что в начале 2017 года она составляла 10%, и первое пошаговое снижение произошло в марте

27 октября Центробанк снизил процентную ставку на 0,25%. И при этом подтвердил общую тенденцию на ее дальнейшее снижение. Однако месяцем раньше, в сентябре, ставка была снижена на 0,5%,  Таким образом, шаг уменьшился. Это предельно странно, потому что инфляция тоже уменьшилась.

Специалисты Центрального банка не могут быть не в курсе, что в России - одни из самых дорогих кредитов в мире. Если сравнивать размер ключевых ставок, то в Индии он составляет 6%, в Китае – 4,35%, в Сербии – 3,5%, на Кубе – 2,25%, в странах ЕС – от 1,75 до 0%, в Японии – минус 0,10%. Ставка Федеральной резервной системы США – 1,25.

С другой стороны, есть несколько стран, в которых ставка рефинансирования даже выше, чем у нас. Среди них Суринам, Гана, Мозамбик, Гаити, даже Египет и Иран. Вероятно, с этими экономиками и сравнивает отечественную хозяйственную систему ведомство Эльвиры Набиуллиной. 

ЦБ увязывает снижение ключевой ставки с уровнем инфляции, при этом даже не потрудившись объяснить, почему она превышает показатели обесценивания денег больше, чем в два раза.

С данными по инфляции у наших главных банкиров тоже, как, впрочем, и обычно, царит полная путаница. С одной стороны, они сообщают, что на 27 октября инфляция составляла 2,7%. С другой, держатся своего же прогноза в 4%. И, наконец, заявляют, что к концу 2017 года она вновь достигнет 3%, а потом постепенно начнет приближаться к запланированным показателям.

Отклонение от заданного показателя в 4% как в ту, так и в другую сторону, ЦБ категорически не нравится. Любопытно, что в последние месяцы в прессе было опубликовано несколько аналитических материалов, где замедление и остановка обесценивания денег рассматривалась чуть ли не как угроза экономике страны. Это -восхитительная логика, и, кажется, она не чужда и ближнему кругу госпожи Набиуллиной.

По крайней мере, ЦБ говорит о «разнонаправленных инфляционных рисках». При этом риск снижения инфляции банкиры связывают с большим урожаем сельскохозяйственной продукции, который, дескать, негде хранить, и потому цены на нее падают.

НабиуллинаГлава ЦБ РФ Эльвира Набиуллина. Фото: www.globallookpress.com

Однако в среднесрочной перспективе «риски превышения инфляцией цели преобладают над рисками отклонения ее вниз». И здесь мы вступаем в область перестраховок и опасений наших банкиров. 

Во-первых, они боятся, что цены на мировых сырьевых и товарных рынках могут оказаться неблагоприятными для России. О защите национальной экономики от подобного рода рисков, понятное дело, никто не помышляет. Мировой рынок – это идол, которому можно принести любую жертву.

Во-вторых, у нас рост производительности труда существенно отстает от роста заработной платы, что может привести к усилению структурного дефицита трудовых ресурсов. Банально, но в производстве просто не хватит рабочих рук. Вроде бы, и эту проблему также можно было бы решить, простимулировав рост заработных плат хотя бы через изменение налогового законодательства. Но ЦБ далек от того, чтоб давать подобного рода рекомендации правительству. Здесь его дело – сторона.

В третьих, «источником инфляционного давления может стать изменение модели поведения домашних хозяйств, связанное с существенным снижением склонности к сбережению». То есть, если мы вдруг поверим в устойчивое развитие национальной экономики и станем меньше копить на «черный день», это им тоже не понравится.

Куда ни кинь, везде клин. 

Но не все так критично. «В стране увеличилось производство сельскохозяйственной продукции, наблюдается положительная динамика в машиностроении, грузоперевозках, производстве потребительских товаров длительного пользования. Безработица находится на уровне, не оказывающем влияния на инфляцию».

В этих обстоятельствах Центробанк позволяет себе перейти «от умеренно жесткой к нейтральной денежно-кредитной политике на фоне преобладания среднесрочных рисков превышения инфляцией цели над рисками устойчивого отклонения ее вниз». 

Они и действуют «нейтрально» - то есть ни себе, ни людям. Вроде бы, ставку немного снизили, но гораздо меньше, чем этого требовала элементарная логика развития ситуации. 

Так, решение Центробанка почти сразу же подверг критике председатель Комитета Госдумы по финансовому рынку, глава Ассоциации региональных банков России Анатолий Аксаков. Он был убежден, что ключевую ставку надо было снижать как минимум до 8%.

АксаковПредседатель комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков. Фото: Валерий Шарифулин/ТАСС

«Я считаю, - сказал он, - что Центробанк должен был более решительно поступить в этой ситуации, поскольку разница между уровнем инфляции ключевой ставкой уже превышает 5%. На мой взгляд, это вредит экономике. Кредитные ставки слишком дорогие в реальном выражении, несмотря на то, что они снижаются. На мой взгляд, можно было спокойно устанавливать 8%. А к концу года уже установить 7,5%. Я прогнозировал именно такие действия ЦБ. Надеюсь, что следующий шаг будет более решительным». 

Исчерпывающий анализ ситуации вокруг ключевой ставки дал еще весной этого года академик РАН Сергей Глазьев. 

«На сегодняшний день российские кредиты самые дорогие в мире, - сказал тогда Глазьев. - И конечно тот уровень ключевой ставки, который сегодня официально превышает официальную инфляцию почти вдвое, парализует всю деловую активность. То есть ключевая ставка должна быть в условиях нормальной экономики на уровне около инфляции».

Ситуация усугубляется еще и тем обстоятельством, что «рентабельность большей части отраслей обрабатывающей промышленности не превышает 5%».

В этих условиях единственным выходом может стать механизм целевого кредитования.

«Если мы хотим реализовать задачи индустриализации, модернизации, то нам нужно предоставлять предприятиям этих отраслей кредиты по ставкам не выше 3-4%», - отметил он, подчеркнув, что это можно сделать только через широкое использование специальных инструментов рефинансирования, ориентированных на инвестиции».

Однако, в конкретных российских условиях, использование одних лишь финансовых инструментов явно недостаточно, «потому что есть риски того, что в условиях свободного плавания курса рубля банки опять начнут играть на национальной валюте и использовать ресурсы самого Центрального банка», - подчеркивал Глазьев. 

…Наверное, излишне говорить, что сегодняшний банкир с его 5, 8, 10 и 15 процентами – тот же самый ростовщик, которого мы хорошо знаем и из истории, и из художественной литературы. Также, обсуждая современную экономику и финансовый рынок, как-то неловко вспоминать, что ростовщический  процент категорически осуждается христианством и исламом.

«В московской неписаной купеческой иерархии, — вспоминал знаменитый русский предприниматель В.И. Рябушинский, — на вершине уважения стоял промышленник-фабрикант, потом шел купец-торговец, а внизу стоял человек, который давал деньги в рост, учитывал векселя, заставлял работать капитал. Его не очень уважали, как бы дешевы его деньги ни были и как бы приличен он сам ни был. Процентщик». 

Но это все дела давно минувших дней. 

…Сегодня, на исходе октября 2017 года, как бы снижая процентную ставку, Центробанк хотел бы способствовать дальнейшему оздоровлению отечественной экономики. Но «теория рынка» и другие сопутствующие ей идеи заставляют проявлять излишнюю осторожность. 

В народе в таких случаях говорили: «Хочется, да хотенье не велит».

Подписывайтесь на канал "Царьград" в Яндекс.Дзен
и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.

Читайте также:

Афера "Открытия": В краже триллионов никто не виноват?
Загрузка...
Загрузка...