Полёт с врагом. С МКС войны не видно?

В своё время автор этих строк услышал интересное эмоциональное признание от покойного ныне великого космонавта, первым вышедшего в открытый космос, Алексея Архиповича Леонова. Он сказал, что когда после исторической стыковки "Союза" и "Аполлона" (15 июля 1975 года) пожал руку Томасу Стаффорду в шлюзовом отсеке, в голове промелькнула мысль:

Теперь-то войны между США и СССР точно не будет.

Увы, леоновская мысль оказалась мимолётной мечтой. Как, впрочем, и расчёты на то, что, войдя в программу МКС в 1998 году и утопив через три года в океане нашу ОКС "МИР", мы создадим общий космический дом, как один из залогов мирного сосуществования на земле, площадку "неубиваемого" сотрудничества с НАСА и космоагентствами других стран. Сегодня стало ясно: "залог" оказался шатким, сотрудничество в космосе рушится на глазах, сам мир повис на волоске от ядерной катастрофы.

Но международная станция, уже латаная-перелатанная, с центральным российским сегментом до сих пор кружится вокруг Земли, требует посещений, обслуживания – по минимуму для того, чтобы, неуправлямо сойдя с орбиты, не рухнуть ненароком на какой-нибудь город.

У космоса своя логика?

И вот совместные полёты с "заклятыми друзьями" – американцами – продолжаются. Став "перекрёстными" в июле этого года по совместному решению НАСА и Роскосмоса с его новым руководителем Юрием Борисовым. То есть их астронавты летят к МКС на наших "Союзах", а наши космонавты – на их "Драконах". По стечению обстоятельств как раз в это время янки начали поставлять Украине реактивные системы залпового огня HIMARS, убивающие наших солдат и мирных жителей. Но это происходит как бы в параллельной реальности.

В реальности же космической Анна Кикина в корабле Crew Dragon Илона Маска с ракетой-носителем Falcon 9, стартовав с острова Мерритт Космического центра имени Кеннеди, оказалась в пятницу на борту МКС, поблагодарив всех причастных к полёту и стыковке: "Спасибо everyone". Анна стала шестой (если считать Юлию Пересильд) отечественной космонавткой и первой, отправившейся на орбиту на американском корабле с территории США.

На пресс-конференции во Флориде после стыковки исполнительный директор Роскосмоса по пилотируемым космическим программам Сергей Крикалёв громко именовал перекрёстные полёты "продолжением сотрудничества", начатого первым в истории совместным экспериментальным полётом "Союз-Аполлон".

В иные времена, скажем, даже в начале этого года, такое событие, такие сравнения и "праздничные" слова, без сомнения, радовали бы историческими аналогиями и вселяли надежду на будущее. Но ныне, когда спутники того же Илона Маска висят над Украиной, передавая разведданные в DATA-центры для целеуказания ВСУ, когда американское оружие и деньги держат на плаву киевскую банду, и некто, сильно смахивающий на янки, взрывает газопроводы, а в самой Америке политики размышляют вслух о "превентивном ядерном ударе по Путину" – бодрые космические вести вызывают сильный когнитивный диссонанс.

В голове невольно возникает сюжет голливудского блокбастера: во время очередного совместного полёта происходит обмен ударами в космосе: мы сбиваем амерские спутники-шпионы, а они – наши. А следом с двух континентов красиво стартуют МБР и противоракеты, устраивая яркий перекрёстный салют в стратосфере. Он будет хорошо виден из иллюминаторов МКС. Что делать в это время космическим "коллегам"? Куда и как им после этого возвращаться?

Кстати, прибывший ныне на станцию экипаж Crew 5 пробудет там до марта – а за это время ой как много чего может случиться! Не будем "каркать", но перспектив возвращения к миру и взаимопониманию с Вашингтоном в этот период явно не просматривается. А это значит, что члены экипажа МКС будут своеобразными заложниками событий на Земле.

Космонавтика превыше всего?

Если следовать логике развития международных отношений предыдущих лет, а также техническо-прагматической логике космических ведомств – то, действительно, никакого выхода нет. С одной стороны, все космические агентства, взявшиеся в 1998 году строить МКС, начиная с Роскосмоса и НАСА, подписали договор, в котором чётко прописаны их права и обязанности. Срок окончания договора – 31 декабря 2024 года. Когда Россия в 2014 году – после переворота на Украине, возвращения Крыма и введении соответствующих санкций против неё – впервые заявила о предстоящем выходе из программы МКС, американцы и другие её участники, кажется, не восприняли это всерьёз.

НАСА многократно заявляло о желании продлить договор до 2027-го, а то и 2030 года. Роскосмос, в свою очередь, ничего категорически не отрицал. Но в июле нынешнего года Юрий Борисов увязал продление договора с отменой санкций на продажу России электроники класса Space. И, не получив положительного ответа, озвучил окончательное решение Кремля – выйти из программы МКС с начала 2025 года, а затем вывести на орбиту проектируемую ныне Российскую орбитальную служебную станцию (РОСС) – в 2028 году.

У специалистов, кроме сомнения в реальности последнего срока, возник вопрос: куда будут летать наши космонавты в этот даже четырёхлетний (а скорее всего – гораздо больший) промежуток времени? Логичный ответ "никуда" совсем не нравится нашим космическим "отраслевикам". Для страны в целом он означает многолетний перерыв в пилотируемой космонавтике – фактически её остановку с весьма проблемным возобновлением после простоя.

Больно, досадно? Ещё бы. Но таков был "маршрут" всех предыдущих лет, когда мы просто "доедали" космическое наследство СССР, и вместо стратегического государственного планирования в этой отрасли регулярно выслушивали разные прожекты Роскосмоса, под которые с успехом только осваивались бюджетные деньги. Да и, покачивая головами, наблюдали за скандальным долгостроем космодрома "Восточный". 

Но вот здесь встаёт вопрос иного – не отраслевого, а "бытийного" порядка. Должна ли Россия в ситуации фактически прямой войны на уничтожение, объявленной ей Западом с США во главе, цепляться любой ценой за эти совместные полёты, да ещё вспоминая при этом программу "Союз-Апполон", ставшую детищем действительной "военной разрядки"? Не напоминает ли сегодня такое сотрудничество фантастический сюжет о, допустим, освоении Антарктиды совместной экспедицией советских и немецких полярников в июле 1941 года?

Ничего личного, просто бизнес

Да, правительству надо чем-то наполнять бюджет – американский рынок привлекателен. Но когда в ходе необъявленной, но вполне зримой войны за океан потоком идут наши уран, титан, алюминий, редкоземельные металлы, древесина, зерно, у простого человека, не натасканного в оруэлловском двоемыслии, происходящее вызывает оторопь.

В конце августа американское агентство "Ассошиэйтед Пресс" (AP) опубликовало статью Six months into war, Russian goods still flowing to US ("Война идёт уже шесть месяцев, а российские товары все ещё идут в США"). В публикации отмечается, что объём торговли по сравнению с 2021 годом упал, но всё равно превышает 1 миллиард долларов в месяц. Это изумляет даже американцев. Хотя они ребята очень прагматичные, и на той же МКС русские им очень нужны, что бы ни творилось внизу.

А России, выходит, без Америки тоже "не жить", что ли? Экстраполируя такую постановку вопроса на украинские фронты и некоторые странные события в ходе СВО, возникает стойкое ощущение, что ведутся какие-то закулисные игры. Вкупе со стойкостью наших воинов и продолжающихся страданий Донбасса происходит настоящее раздвоение сознания.

Но вернёмся к Международной космической станции. Главный аналитик Некоммерческого партнёрства "ГЛОНАСС", член-корреспондент Российской академии космонавтики им. Циолковского Андрей Ионин сказал в комментарии "Первому русскому", что России нужно во что бы то ни стало сохранить свою пилотируемую космонавтику, но никаких интересов в программе МКС у нас уже почти не осталось:

Профессия космонавта не имеет национальной окраски, поскольку в космосе они представляют всё человечество. Я не хочу даже думать о ситуации глобальной ядерной войны, которая может разразиться на земле во время очередного совместного международного полёта на МКС. По-моему, как-то заранее планировать такое глупо.

Когда и как уходить с МКС

Ионин уверен, что приоритетом в космосе для России являются национальные интересы, и она должна в этом брать пример с американцев. Поэтому, когда затраты на поддержание станции, связанные с её "технической усталостью", начнут расти лавинообразно, тогда нужно оттуда выходить – ведь мы тоже оплачиваем их. Рано или поздно МКС всё равно придётся спускать с орбиты по частям, причём нам в этом придётся участвовать по полной – тут никуда не денешься. Но, с другой стороны, по его мнению, здесь не стоит предпринимать каких-то чисто политических демаршей:

Мы уже твёрдо можем констатировать: с НАСА, его европейскими и японскими партнёрами нам в космосе не по пути. Но, отказываясь от МКС, мы должны чётко понимать, куда идёт наша пилотируемая космонавтика, сохранение которой для нас – категорический императив. На мой взгляд, будущая ОКС "РОСС" не является стратегической целью русской космонавтики, таковым должен стать "Лунный проект" совместно с Китаем и странами БРИКС. На этом магистральном направлении можно решить несколько, как я считаю, важнейших задач для страны в целом: осуществить технологический рывок, укрепить партнёрство со стратегическими союзниками.

Во главе угла должны стоять не интересы Роскосмоса, а интересы национальные. И в этом контексте "РОСС" нужна прежде всего для укрепления безопасности России – и не только военной, развития её экономики. Пока эти решения у нас официально не приняты – чего-то ждут. Не знаю, чего именно. Понятно, что одновременно финансировать продолжение работ на МКС и строительство "РОСС", подготовку "Лунного проекта" мы не сможем.

Признавая, что ситуация с выходом из программы МКС не столь проста, собеседник Царьграда обратил внимание на исторические причины нынешней патовой ситуации:

Американцы на МКС прагматично, не набивая шишек, получили от России её богатый орбитальный опыт, Роскосмос получил деньги. С 2008–2009 года для нас эта станция фактически стала инерционным проектом, не дающим никакого развития. Вот тогда Роскосмосу и госвласти нужно было утверждать стратегическое направление космонавтики и начинать его готовить. Ничего этого сделано не было. Сегодня с большим опозданием это всё равно придётся делать, если мы хотим остаться космической державой.

Что с того?

Не хочется выглядеть мрачными злопыхателями. Смотря появившийся в сетях видеоролик, на котором прибывшая на МКС Анна Кикина с развевающейся в невесомости красивой копной волос обнимается с прошлыми "насельниками" станции, восклицая: "Как здорово, что мы, наконец, вместе", хочется порадоваться за неё. А также за всех космонавтов и астронавтов, благодаря которым Земля до сих пор представлена в космосе, несмотря на кошмар и маразм, крепчающие на нашей планете.

Наверное, можно как-то абстрагироваться от того, что в этот самый момент с американского самолёта "Авакс" внизу или со спутника слежения вверху пошли очередные "наводки" для нацистов с жовто-блакитными шевронами, до зубов вооружённых оружием Made in USA. С МКС этого же не видно.

Космонавты вне политики? Может, это и правильно. Да только некий холодок от почти инфернального сюрреализма ситуации не даёт воспринимать эту картинку спокойно.