Олигархам дали последний шанс, но поняли не все: Главная спецоперация прошла внутри России
Относительно неких инсайдерных сведений о том, что центральная российская власть потребовала от силовиков и губернаторов прекратить взаимодействие с так называемыми олигархами, то есть крупным бизнесом, магнатами, следует отметить вот что.
Конечно, российская Конституция декларирует определённую систему. То есть разделение властей а-ля Монтескье, структуру бюрократии по модели Макса Вебера, номенклатурную иерархию. Однако самобытный профиль российского государства и здесь накладывает свой отпечаток.
Нет, конечно, ритуальная форма у нас соблюдается почти неукоснительно. Но помимо ритуалов, есть и содержание. В том числе то содержание, что формировалась вне отдельных политических процессов — как некая политическая детерминированность.
В этом смысле Россия вполне является наследницей Византии. Или если быть более точными — то Восточной Римской империи со столицей в Царьграде-Константинополе-Византии.
Потому что сложное взаимодействие влиятельных людей и формальных администраторов выходит далеко за рамки нормативной базы.
Сходств достаточно и на символическом, и на техническом уровнях. В России, как и в Византии, власть официально не переходит по наследству — для этого существует интерфейс демократических ритуалов.
Ритуальная форма у нас соблюдается почти неукоснительно. Но помимо ритуалов, есть и содержание. Коллаж Царьграда
Сейчас при формальном отделении Церкви от государства присутствует то, что в Византии называлось "симфонией властей, светской и духовной" — как один из важнейших элементов государственной стабильности и устойчивости.
Восточная Римская империя смогла развить нормативную систему и бюрократический госаппарат как опору власти, создать высокий уровень нелинейной, изощрённой дипломатии, компромиссов, сдержек и противовесов между элитами, своим населением и соседями, "распределения компетенций", что позволило ей просуществовать более тысячи лет.
Нет, это, конечно же, не российская новелла. И в западных странах, и особенно в азиатских, и тем более в арабских и африканских, практически везде название должности не определяет автоматический доступ к власти. Просто у нас это приобретает довольно извилистые формы.
В своей новейшей истории Россия в какой-то момент оказалась в руках олигархов. Так, в частности, проявился эффект "семибанкирщины". И только сложнейшими усилиями и огромным напряжением системы власти Владимира Путина удалось избавиться от такого деструктива. Но, конечно, свято место пусто не бывает. И на месте старой системы была организована новая, где, вероятно, постарались учесть предыдущие ошибки.
Новая система полностью отринула альтернативные потенциалы, многополярность, о которой мы так грезим на внешнем контуре, и определила однозначную вертикальную иерархию.
Так не раз уже бывало в нашей истории. И Пётр Великий, и Сталин, и Екатерина, и многие другие правители в своих в циклах правления проходили постепенное усиление, зачистки неподконтрольных альтернативных центров, последующее распределение благ и ресурсов среди лояльного окружения.
В этом смысле, конечно же, название той или иной должности определённого министра, губернатора, прочих чиновников совершенно не означает автоматически абсолютную власть. А зачастую лишь формирует публичного ответственного, за спиной которого присутствуют разные силы.
В российской властной системе образовалась гантельная модель, при которой за рядом административных руководителей присутствуют неформальные влиятельные лица: строительная отрасль — Ротенберги, научная сфера и банки — Ковальчуки, энергетические ресурсы — Сечин, Тимченко, промышленность — Чемезов, и так далее.
При этом возможности самостоятельных политических проектов у таких властных концентратов сильно ограниченны, что не исключает возможностей кулуарной поддержки и контроля различных общественных проектов. Это презентуется дополнительной сигнальной, поддерживающей системой для центральной власти и возможности сохранения имиджевой устойчивости для самих центров.
В российской властной системе образовалась гантельная модель, при которой за рядом административных руководителей присутствуют неформальные влиятельные лица:Ротенберги, Ковальчуки и так далее. Коллаж Царьграда
Некоторые губернаторы в зависимости от обстоятельств своего назначения и сил, которые их продвигали, воспроизвели подобную модель на местах. Центральная власть до поры до времени это терпела, пока ситуация была под контролем и существовала в умеренно статичной среде, потому что федеральный центр ещё прекрасно помнит фронду отдельных губернаторов, депутатов и сенаторов ельцинского периода. И не имеет совершенно никакого желания повторять этот сомнительный опыт.
Однако эпидемия ковида многое изменила, потому что в условиях изоляции и необходимости в быстрых оперативных гибких действиях возникла потребность усиливать местную власть.
По этой причине вопреки предыдущей логике, когда местная власть обезжиривалась центральными поступлениями налогов и сборов, для того чтобы не имела слишком большого самостоятельного финансового ресурса, когда последовательно бралось под контроль местное самоуправление, вопреки этой логике потенциал губернаторов был расширен.
А вместе с усилением власти укрепились и позиции тех, кто их поддерживал, из числа крупного бизнеса на местах.
Однако очередной вираж вновь многое изменил. Началась Специальная военная операция, одной из принципиальных составляющих стала суверенизация элиты.
В этом смысле влиятельные и богатые люди были поставлены перед выбором: или они со страной проходят процесс сепарации от Запада, избавляясь, насколько это возможно, от космополитизма, образно говоря — целуя федеральный перстень, в том числе перемещая определённые капиталы, демонстрируя сопричастность с центральными решениями, готовность разделить ответственность и тяготы через посильную помощь и поддержку СВО.
Или же они собирают свой золотой чемодан и едут за пределы. Такая возможность была предоставлена — в этом смысле в элитарной логике всё было честно.
Но, конечно, нашлись такие, кто постарался усидеть на двух стульях. И именно этим обуславливаются подобные инсайды, связанные с компанией наподобие Вологодской, вероятно, процессами вокруг иркутского губернатора, ранее — в Республике Коми и т.д.
Влиятельные и богатые люди были поставлены перед выбором: или они со страной проходят процесс сепарации от Запада, или же они собирают свой золотой чемодан и едут за пределы. Фото: millicookbook/shutterstock.com
Сейчас для федеральной власти совершенно неприемлема средневековая система "вассал моего вассала — не мой вассал".
Так что этап зачисток и перезагрузки в некоторых региональных центрах абсолютно неизбежен — так же, как это недавно произошло (или происходит) и на федеральном уровне Те, кто этого не понимает, пытается сопротивляться и противодействовать, вероятно, потерпят в этой борьбе поражение.
