Николай Бурляев: "Пусть Запад погибает, а мы должны сохранить Россию"

В программу Московского кинофестиваля протащили фильм про двух извращенцев – советских военнослужащих времён холодной войны. Картина "Жар-птица", представленная в рамках программы "Русский след", снята эстонским режиссёром, главные роли сыграли британец и украинец. Но организаторы умолчали о реальном содержании фильма.  Об этой откровенной провокации в студии "Первого русского" ведущая Олеся Лосева беседовала с экспертами.

Снял "Жар-птицу" эстонский гомосексуалист Петер Ребане. В главных ролях – друг актёра и писателя Стивена Фрая молодой британец Том Прайор и украинский актёр Олег Загородний. И всё бы ничего, да только повествует фильм о… гомосексуалистах в Советской армии.

Олеся Лосева: Тема, конечно, неприятная, но вскрыть её мы должны. На кого ориентирован этот фильм, понять не сложно. Вопрос, зачем он нам на Московском кинофестивале. Зачем мы в своей стране вынуждены смотреть то, что оскорбляет нас, нашу историю, наших предков? Почему к нам привозят такие оскорбительные картины?

Николай Бурляев: Этого следовало ожидать. А эту внеконкурсную программу следовало называть иначе – "Нерусский след". Это европейский, а точнее – голливудский след. И вот по этим следам пошли отборщики уважаемого мной кинофестиваля. Я думаю, что даже не информировали президента кинофорума выдающегося русского режиссёра Никиту Михалкова обо всей программе фестиваля. Но они подставили и нашего президента, и сам Московский Международный кинофестиваль.

Как вообще это возможно, чтобы в России, где принят указ президента об основах нашей культурной политики, в котором прописано, что наша культура опирается на традиционные духовно-нравственные ценности, допускалось такое. И где – в самой Москве.

"Нас старательно учат толерантности"

Я видел только трейлер к этому фильму и фотографию с поцелуем двух молодых людей. И это напомнило мне об одном скандале, случившемся лет 15 тому назад в Пекине. Левая китайская пресса обвинила власти страны в запрете к показу фильма о гомосексуалистах.

В программу Московского кинофестиваля протащили фильм про двух извращенцев – советских военнослужащих времен холодной войны. Об этой откровенной провокации в студии "Первого русского" ведущая Олеся Лосева беседовала с экспертами. Скриншот: Царьград.

И тогда министр культуры Китая на вопрос, разве у нас нет такого, дал разумный ответ: "Это было, это есть. Но зачем это делать для миллионов людей привлекательным?". Ведь всё влияет на психику молодых людей, которые смотрят такие фильмы. 

– То есть они будут считать это нормой.

– Нас старательно учат быть толерантными. А что такое толерантность? С точки зрения медицины, это терпимость и несопротивляемость к вирусам. Но Россия должна этому "вирусу" всё-таки сопротивляться. Мы не можем идти по этому порочному пути и пропагандировать патологию. Мы должны думать о том, кому передадим Россию, какому поколению и на чём оно будет воспитано.

– Напомню, режиссёр фильма – гомосексуалист из Эстонии. В описании  к картине говорится: "Эта пронзительная история откроет вам глаза на мир, полный подавления чувств, страха и опасности". Как мне кажется, глаза после этого будут болеть от пошлости. Можно предположить, что этот фильм на фестиваль попал по недосмотру, без понимания того, какие могут быть последствия. С другой стороны, это может быть и провокация, и пробный заход, чтобы посмотреть, какая будет реакция, вызовет ли фильм шум, что о нём будут говорить.

То есть это такая попытка европейской "цивилизации" каким-то образом прорваться в наш Русский мир. Всё, что происходит в Европе, для нас чуждо, у нас консервативное общество. Да, есть некое меньшинство, но не более того.

На кого была рассчитана эта картина? Какого зрителя они хотели у нас привлечь?

– Я давно понял, что надо более внимательно посмотреть на отборочную кампанию ММКФ. Потому что и среди отборщиков есть те, кому по душе эти нетрадиционные ценности. Но не они должны определять политику престижного кинофестиваля.

Но к такой ситуации мы пришли после того, как 30 лет назад Ельцин подписал закон о том, что государство не должно вмешиваться в вопросы культуры, а только давать деньги министерству культуры. Лет пять назад, когда я ещё был заместителем председателя общественного совета при этом ведомстве, я решил проанализировать, кто же получает государственные гранты в департаменте государственной поддержки искусства и народного творчества, который на тот момент возглавляла Софья Апфельбаум.

И я был удивлён тем, что наши государственные деньги выделялись на постановки, к примеру, пьес, пропагандирующих однополые отношения между школьниками или откровенную русофобию и выпады против президента страны. Вот с этим надо серьёзно разбираться. И с этим надо что-то делать.

Указ президента России Владимира Путина об основах государственной культурной политики не будет действовать до тех пор, пока не отменён закон вседозволенности, который мы допустили в 1990-е годы.

Напомню, как прекрасно в своё время написал Александр Пушкин о вседозволенности:

Всякое правительство вправе не позволять проповедовать на площадях, что кому в голову придёт, и может остановить раздачу рукописи, хотя строки оной начертаны пером, а не тиснуты станком типографическим.

Я эти слова отнёс бы и к кино, и к театру. Должен быть контроль. И если чиновники не могут с этим справиться, поскольку права на это у них отобрал Ельцин, то этим может заняться общественный совет при министерстве культуры. Ещё Гоголь говорил: сейчас идёт бой, самый главный бой, бой за души человека. Он сейчас не просто идёт, он обостряется, и мы не должны проиграть.

– К слову, о фестивале и о том, кто выделяет на него деньги. На самом видном месте на сайте ММКФ  указывается, что мероприятие проводится при поддержке министерства культуры России, правительства Москвы и департамента культуры Москвы. Как сообщают "Известия", министерство культуры выделило на проведение фестиваля 125 миллионов рублей, что значительно больше, чем на какие-либо другие аналогичные фестивали, проводимые в России.

"Жар-птица" в широкий прокат не выйдет. Хотелось бы, чтобы этого не случилось и в будущем, чтобы наши зрители не увидели, как порочат честь мундира, историю и память.

Это всё дикость и наглая ложь

Следующий вопрос Олеся Лосева задала Герою России генерал-майору Сергею Липовому, председателю президиума общероссийской организации "Офицеры России".

– Понятно, что вы такой фильм смотреть не будете. Но сам факт того, что его привезли для показа на ММКФ, – насколько это оскорбительно для офицеров России, для бывших солдат Советской армии? Это же просто плевок, на мой взгляд.

Сергей Липовой: За последние 20 лет все фильмы, которые снимались о России, о нашем обществе и особенно об армии, в том числе и о Советской армии, имели одну цель – переписать нашу историю, выставить её в негативном свете. И этот фильм, о котором сейчас идёт речь, возмущает меня не меньше, чем любого другого офицера, служившего в Советской армии и в рядах Армии России. Как он мог попасть на Московский кинофестиваль?

ММКФ был площадкой, где демонстрировались фильмы, которые действительно стоит посмотреть. Но сейчас с его помощью нам пытаются в очередной раз навязать так называемые "демократические ценности" Запада, который возмущается, что мы эти "ценности" не понимаем и не воспринимаем.

То, что показано в этом фильме, для нас является дикостью. Кроме того, это наглая ложь, которая порочит советского солдата, советского офицера. Неудивительно, что картину снимал западный режиссёр. Фильм можно поставить в один ряд с многочисленными пародиями на советскую действительность и на современную жизнь в России, которые в последнее время часто демонстрируются в наших кинотеатрах и на экранах телевизоров.

Цель этого вполне понятна – опорочить всё традиционное, всё нравственное, что осталось в России, в то время как Запад полностью подстроился под эти "демократические ценности".

Мы в организации "Офицеры России" этот фильм и его демонстрацию на ММКФ без внимания не оставим. Будет подготовлено соответствующее обращение и в адрес устроителей фестиваля, и в адрес министерства культуры.

Зачем должны расти сорняки под забором?

Возвращаясь к беседе с Николаем Бурляевым, ведущая спросила у режиссёра:

– Сможет ли как-то повлиять на ситуацию с показом этой картины общественное порицание, недовольство?

– Конечно! Нормальные люди и общественность должны говорить об этом в полный голос. Но вопрос тут более глубокий и серьёзный. Примерно год назад я ознакомился с проектом концепции будущего закона о культуре. Его авторы мне неизвестны. И всю эту концепцию красной нитью пронизывает идея о том, что государство не должно вмешиваться в вопросы культуры, что художник имеет право на любую трактовку любых событий, в том числе и исторических.

– Вы думаете, до этого может дойти?

– Мы неоднократно выступали против этого проекта, потому что он идёт просто вразрез с тем, чего ожидает и президент, и вся страна. В этой концепции не нашлось место для наших традиционных ценностей, которые мы должны сохранять и аккумулировать, чтобы передать будущим поколениям.

Ещё один момент. Много лет назад я приходил к тогдашнему министру культуры Михаилу Швыдкому и в беседе задал вопрос о том, почему министерство поддерживает выставки современного искусства, где куры гадят на голову Льва Толстого, а посетители фактически топчут  тексты Евангелия, которые проецируются на пол. И тогда он напомнил о том, что в России отменена идеология, что закреплено в Конституции. И с чувством гордости Швыдкой добавил: "Пусть растут все цветы". Но зачем государство должно помогать сорнякам, которые растут под забором?

Так что нам необходимо подумать о возвращении идеологии. Не надо этого бояться. Государство не может жить без неё. А сейчас правит другая идея, абсолютно дьявольская – делайте что хотите. То есть полная вседозволенность.

Что такое русская идея, когда-то хорошо описал известный философ: это идея сердца, идея любви. А Владимир Путин определил один из главных постулатов идеи нашей страны – это патриотизм. Для того чтобы заработал указ президента, к принятию которого мы шли 15 лет, нужна красивая русская идеология. И пусть Запад погибает, а мы должны сохранить Россию.

В критической ситуации и решения надо принимать критические

К разговору в студии по скайпу присоединился Павел Пожигайло, член Общественной палаты, президент Фонда изучения наследия Столыпина.

– Отношение к этому фильму мне известно заранее. Но всё-таки хотелось бы услышать пару слов о том, какая цель преследуется демонстрацией этого фильма на ММКФ и как это остановить?

Павел Пожигайло: Скорее всего, это провокация. И ещё один из способов развернуть в обществе какую-нибудь дискуссию на фоне остальных провокаций. Всё это не случайно, и это достаточно очевидно.

Как это остановить? Что меня в России возмущает настолько, что в этом смысле хочется быть немцем, так это непоследовательность действий: говорим одно, делаем другое. Провозглашаем одни ценности, а в результате… Ситуация критическая, а в таких случаях и решения принимаются критические.

Я считаю, что давным-давно надо ввести уголовное наказание за пропаганду гомосексуализма, а не прислушиваться, что по этому поводу скажет весь остальной мир. Хотя тут мы, я думаю, немного опоздали. Надо было вводить ещё лет 10-15 назад уголовное наказание за любую пропаганду. И плевать на весь мир. Они вымирают, а мы не хотим.

Мы прошлым летом проголосовали за поправки в Конституцию – о Боге, о традиционных ценностях, о семье как союзе мужчины и женщины. А сегодня нужно в развитие поправок в Конституцию принять соответствующие законы, которые бы закрепляли принятые всем народом поправки в Конституцию. И одним из законов должно стать введение уголовного наказания за любую пропаганду гомосексуализма во всех вариациях.