"Нечеловеческая выдержка": Чем лётчица Егорова удивила немцев
В год празднования 75-летия Победы Царьград продолжает рассказывать о тех, кто, испытывая презрение к врагу и смело смотря смерти в лицо, не щадил свои жизни за наше мирное и свободное существование. Сегодня речь пойдёт о легендарной лётчице времён Великой Отечественной войны Анне Егоровой . Она стала одной из трёх женщин, управляющих штурмовиком в годы войны. В 1944 году Егорова была представлена к званию Героя Советского Союза посмертно. Но заслуженную звезду она получила лишь спустя 20 лет после Победы.
Из золотошвейки в лётчицы
Анна Егорова родилась 23 сентября в 1916 году в деревне Володово Кувшинского уезда Тверской губернии в крестьянской семье. После того как умер глава семейства, у его жены Степаниды Васильевны на руках остались восемь детей. Прокормить всех было очень сложно, и Аню отдали в школу золотошвей в город Торжок. Спустя время её забрал к себе в Москву старший брат Василий. Он был депутатом Моссовета и трудился на заводе. В столице жизнь Анны изменилась. Она стала осваивать рабочие специальности и, наконец, устроилась арматурщицей в шахте будущей станции метро "Красные ворота". Параллельно Егорова училась в планерной школе метростроевского аэроклуба. Анна просто влюбилась в небо и решила стать лётчицей, несмотря на бесконечные отговоры мамы. Она поступила в Херсонскую школу лётчиков Осоавиахима, но закончить её ей чуть было не помешал арест одного из братьев. Родственницу "врага народа" отчислили, но потом, правда, восстановили.
В 1919 году Егорова стала лётчиком-инструктором в аэроклубе в Калинине. В начале войны её зачислили в 130-ю отдельную авиационную эскадрилью связи Южного фронта. На невооружённом самолёте У-2 она доставляла на передовую документы, корреспонденцию, возила кровь для раненых. Совершила около 130 вылетов. Много раз ей приходилось выполнять опасные задания. Однажды ей пришлось сажать горящий самолёт в поле и удирать с пакетом секретных документов от фашистов. Этот случай она описала в автобиографической повести "Держись, сестренка":
Едва приземлившись, выскочила я из самолёта и, срывая с себя тлеющие лохмотья комбинезона, побежала к лесу. Немец, видно, пришел в ярость. Снизился до бреющего полёта и весь огонь пушек перенёс на меня. А я всё бежала и бежала. Временами падала, притворяясь убитой, и поспешно прятала голову под стебли кукурузы. Когда "месс" уходил на разворот, я вскакивала, прижимала к груди секретный пакет и снова бежала… Израсходовав весь боекомплект, фашист улетел.
В один из весенних дней ей поручили разыскать батарею "Катюш" и снова передать командованию важные документы. День был туманный. На высоте самолёт обледенел, и его пришлось сажать практически вслепую. Несколько часов она одна сколачивала лёд с машины. А как только туман рассеялся, вновь поднялась в воздух и успешно выполнила поставленную задачу. В эскадрилье тогда удивились, как она вообще со всем этим справилась. Ведь многие лётчики в тот день так не смогли управлять самолётами из-за погодных условий. Анна Егорова за безупречное выполнение боевых задач была награждена орденом Красного Знамени. Сама она очень хотела стать штурмовиком, и в 4м году её мечта осуществилась. Ей доверили штурвал Ил-2, который называли ещё "летающим танком".
Во время операции по освобождению Крыма Егорова участвовала в установлении знаменитой дымовой завесы. Фото: Yevgeny Khaldei/ Globallookpress
Каждый день Егорова смотрела смерти в лицо. Она не раз горела в самолёте, ловко уходила от погони мессеров. Но ей удавалось всегда возвращаться невредимой. Во время операции по освобождению Крыма она участвовала в установлении знаменитой дымовой завесы. Благодаря этому наши войска смогли прорвать "Голубую линию" обороны немцев под Новороссийском. Анну во второй раз наградили орденом Красного Знамени.
В списках погибших
Летом 44-го Анна Егорова участвовала в боях на территории Польши. 20 августа её самолёт с вылета не вернулся. Матери Егоровой направили похоронку, а бравую лётчицу представили к званию Героя посмертно.
Егоровой удалось покинуть подбитый и объятый пламенем самолёт в самый последний момент. Когда она очнулась, то увидела, что находится среди немцев. Для неё это было самое страшное, что могло случиться. Пустить в себя пулю она не могла физически. Ранения и ожоги сковали её в движении. Но и плен для неё был неприемлем. "Это было единственное, чего я больше всего боялась, - вспоминала она. - Моральная боль страшнее огня, пуль, боли физической во сто крат". О том, как Егорова оказалась в плену, уже после войны рассказал в западногерманском журнале "Дойче фальширмелгер" один немецкий офицер:
С передовой на санитарной повозке привезли русского лётчика. Парень выглядел довольно-таки сильно искалеченным в своем обгоревшем, разорванном в лохмотья комбинезоне. Лицо было покрыто маслом и кровью. Солдаты, которые его доставили, рассказывали, что лётчик выбросился из горящего боевого самолёта и опустился около их позиций. Когда в санитарной палатке сняли с него шлем и комбинезон, все были ошеломлены: лётчик оказался девушкой! Всех присутствующих поразило поведение русской лётчицы, которая не произнесла ни единого звука, когда во время обработки с неё снимали куски кожи... Как это возможно, чтобы в женщине была воспитана такая нечеловеческая выдержка?!
Для немцев Анна Егорова стала долгожданной добычей. Они ненавидели наших лётчиц. Один из гитлеровцев, охранявший Кюстринский концлагерь, куда направили Егорову, как-то вымолвил: "До чего же живучи эти русские ведьмы! Дышит… Места живого нет, а дышит". Анна сама не могла понять, почему её не пристрелили сразу, зачем отправили в лагерь, ведь она явно была не жилец. Но немцы, по всей видимости, хотели поиздеваться над лётчицей. Они решили узницу немного подлечить с целью выведать информацию о расположении её авиачасти. В случае отказа от сотрудничества ей грозили публичные пытки и казнь.
Чудесное спасение
В лагере от неминуемой смерти Егорову спас русский доктор Георгий Синяков. Оказавшись в плену в 41-м году, он смог как ценный специалист-хирург добиться расположения немцев и развернуть у них под носом целую подпольную деятельность по спасению советских пленных. Синяков сказал гитлеровцам, что гноящиеся раны русской летчицы могут быть заразными, и её необходимо срочно поместить в инфекционный блок. В это отделение немцы боялись даже заглядывать, опасаясь подхватить какую-нибудь заразу. Синяков каждый день смазывал раны Егоровой специальным средством и маскировал их так, что они казались ужасными.
Пошёл на верную смерть: Как Марат Казей отомстил немцам за повешенную мать
Создавалось впечатление, будто летчица заживо гниёт, на самом деле ожоги заживали и рубцевались. Благодаря доктору удавалось тянуть драгоценное время. В январе 1945 года танкисты 5-й Ударной армии освободили Кюстринский лагерь смерти. После этого Анне Егоровой пришлось пройти через допросы сотрудников "Смерш". Убедившись, что она не сотрудничала с немцами, её отпустили. Она хотела вновь вернуться в строй и сесть за штурвал самолёта. Было стойкое желание отомстить немцам за все их деяния в концлагере, за то горе и смерть, которые они принесли на русскую землю. Но Егорову комиссовали из-за полученных ранений. После войны она вышла замуж за командира своей дивизии Вячеслава Тимофеева, родила двоих сыновей. Один из них пошёл по её стопам и стал лётчиком. 6 мая 1965 года Анне Егоровой было присвоено звание Героя Советского Союза. Она дожила до 93 лет и ушла в 2009 году, оставив после себя воспоминания и пример неимоверной любви к жизни, Родине и свободе! В своих воспоминаниях она написала коротко и ясно: "Образ Родины вселял нам силы, вселял веру в нашу победу. И мы выстояли - всем смертям назло!"