"Либо мерзавцы, либо идиоты": Егор Бероев откровенно рассказал о травле из-за СВО

Директор благотворительного фонда "Я есть!" актёр Егор Бероев рассказал, как творческий человек может помочь фронту и какое давление он испытал от "тусовки", не считающей Россию Родиной.

От меня отвернулись друзья

Царьград: Что вы чувствовали 24 февраля 2022 года?

Егор Бероев: В этот день мои братья, мои друзья вышли на поле боя и штурмовали Гостомель. Я был сердцем, душой вместе с ними. Так сложилось, что я в жизни часто пересекался с десантниками. Снимался в фильме про десантников, у меня осталось очень много друзей-десантников. Духом я был с ними.

Егор Бероев: "В жизни я часто пересекался с десантниками. Снимался в фильме про десантников, у меня осталось очень много друзей-десантников". Фото: Александр Авилов/АГН "Москва"

— То есть вопрос, уехать или нет, даже не стоял?

— Я никогда не смог бы уехать со своей земли. В какой бы ситуации ни оказался, я хочу быть со своим народом. Этот народ проявил доверие ко мне, я ответственен перед моей землёй, перед моими земляками, перед россиянами. Я никогда не мог представить, что могу быть не со своей страной. Но другие не просто это представили, но и сделали выбор.

— Как думаете, почему? Ведь многие из тех же актёров жили весьма неплохо. Получали и роли, и гонорары, и возможности…

— Дело в том, что актёрское образование слабое. Актёры мало читают, стараются не погружаться глубоко в тему, для них всегда важна эмоциональная сторона вопроса, поэтому многие из них очень эмоционально восприняли события и стали о них говорить, не разобравшись. Я помню, как президент сказал про парламент Канады, что они либо мерзавцы, либо идиоты, когда там аплодировали фашистам. Вот здесь такая же история. Большинство из актёров сделали это просто по глупости.

— Вы жалеете, что с некоторыми из своих коллег больше не можете общаться?

— Нет, я могу вам сказать, что за последние полтора года, как идёт СВО, очень многое проявилось, прояснилось. Стало понятно, кто есть кто. Ведь многие мои друзья отвернулись от меня. Сначала — когда была эпидемия и я выступал за добровольную вакцинацию. Потом — когда я поддержал страну, президента и армию. У нас даже ушли инвесторы, которые не захотели финансировать фонд. А мы не стали идти на компромиссы.

Обменял совесть на пылесос

— Разрыв общения происходил сразу или постепенно?

— Они просто говорили, мол, Егор, к сожалению, мы не сможем поехать вместе с тобой на эту встречу, там будет компания, они знают твою позицию, мало ли, при разговоре выйдет неудобная ситуация. И всё в таком духе. Они боятся, знают, как я веду беседу. Они не хотят выходить из своей зоны комфорта.

— Что вы поняли за последнее время?

— Я понял, что 1990-е годы меня лично обманули. Начиная с того, что я по-другому видел всех этих людей, которые были там, наверху, и заканчивая тем, что меня тогда приучили радоваться материальным благам. Актёры ведь и пылесосам радовались в программе "Поле чудес". Стояли со слезами на глазах, когда получали микроволновые печи. Таким образом меняли мировоззрение и мышление людей.

В 1990-е годы страна выживала как могла. И людей, измученных нищетой, приучили радоваться материальным благам. Фото: Anton Kavashkin/Russian Look/Global Look Press

Актёры в этом смысле очень соблазняемые: достаточно большие деньги за съёмочный день, возможность путешествовать, дома, капучино, успех, счета, квартира в Испании. Это верх, когда квартира в Испании. А я думаю, зачем?

— У вас не было квартиры в Испании?

— Нет. Знаете, где я вижу совсем иные ценности? На новых территориях. Там другое, там главное — остаться человеком. И я встречаю там людей, готовых жертвовать своей жизнью ради других, чтобы остаться человеком. Это повсеместно. Там другая молодёжь, там другие школьники.

У меня было очень много встреч со школьниками. В них осталась хорошая советская идеология, такое доброе, искреннее, немного наивное, но очень мощное воспитание. Они сознательные, они ответственные, они задают потрясающие вопросы. Они очень думающие ребята. Я восхищаюсь молодёжью ДНР, ЛНР, Запорожской области. Я много где был. Мне кажется, они нам нужны больше, чем мы им.

— Как вы думаете, почему?

— Всё-таки эти ребята девять лет живут под пулями. И у каждой семьи перед выходом из дома лежит маленькая сумочка, которую они берут каждый раз, когда раздаётся тревога, чтобы спуститься в бомбоубежище. Присутствие рядом войны, смерти, гибели заставляет по-другому работать сердце.

Война — это же крупнейшее состязание человечества в технологиях, промышленности, науке, суперсовременных достижениях военной техники. Но всё-таки главное, что показывает война, — человечность. Война выясняет, кто больший человек. В этом смысле та настоящесть, которую мы видим на этой земле, заставляет нас всё время возвращаться туда и рассказывать об этом здесь.

Дети Донбасса — особенные. Они девять лет живут под пулями. Присутствие рядом войны, смерти заставляет по-другому работать сердце. Фото: Komsomolskaya Pravda / Global Look Press

Зеленский не читал Станиславского

— На ваш взгляд, Зеленский — хороший актёр?

—  Очень слабый актёр. Он приходит на съёмочную площадку, ему дают текст, он его смотрит, он не должен его учить. Он просто должен, как схему, понять, про что ему говорить. Обычно в сериалах это так. Он снимался в плохом, но очень дорогостоящем сериале. И он плохо играл.

Я вижу, что он не верит в предлагаемые обстоятельства. Потому что не читал Станиславского "Работа актёра над собой". Это основа нашей системы — вера в предлагаемые обстоятельства. Мы должны абсолютно верить в них. А он не верит.

— Вы не разочаровались за почти два года СВО? Мы же, например, помним, как началась частичная мобилизация. Как не было шапок с носками. Всё это закупали люди.

— Я не привык пенять на государство, я делаю то, что могу, на своей территории. Вот меня опять ребята попросили купить "буханку". Везде, на всём протяжении линии соприкосновения у меня ребята просят "буханки". Буквально недавно отправили туда две. И опять ребята из Горловки присылают видео, как взорвали с дрона "буханку".

И что я должен говорить? Рассказывать, что им Минобороны должно предоставить эти "буханки"? Я не хочу тратить на это ни силы, ни энергию. Мы будем просто по мере возможностей помогать.

"Должен быть готов умереть"

—  Тем не менее даже простые люди на освобождённых территориях придерживаются разных взглядов. Некоторые ждут возвращения Украины. Что вы об этом думаете?

—  Вы знаете, 28 октября, если не ошибаюсь, отмечался День освобождения Мелитополя. И я был там. Меня спросили: почему вы здесь? Это сложный город, он близко к Херсону. Он полон машин с украинскими номерами. Люди не меняют номера. Но всё равно это наш народ.

У меня была встреча, её не анонсировали в целях безопасности. Я вышел к залу, и люди стали задавать вопросы. Самые откровенные, достаточно провокационные. Например, зачем вы здесь?

Я сказал, что в 1943 году мы освобождали этот город от фашистской оккупации. И потом меня спросили: а что Россия собирается делать на нашей территории, в нашем городе? Я сказал: я не могу ответить за Россию, могу ответить только за себя. Я как актёр готов участвовать в культурных событиях, в спектаклях, делать какие-то совместные проекты в рамках искусства.

И я готов работать как директор благотворительного фонда. Знаете, когда я вышел на сцену, сразу человек десять ушли. Но только десять. Пятьсот-то остались. И потом аплодировали, дарили цветы. Это была очень крутая встреча, очень тёплая.

—  Вы человек, который не скрывает своей веры. Как вы считаете, почему фраза Святейшего Патриарха Кирилла о том, что русский означает православный, вызвала такую негативную реакцию?

—  Я думаю, что людям не хватает информации. Они получают недостаточно знаний о христианстве. А где их получить? Сейчас же не читают, не открывают книг, отца Андрея Ткачёва не слушают. Он только на канале "Спас" и на Царьграде, это наш самый заметный священник.

Протоиерей Андрей Ткачёв. Фото: Царьград

—  У нас есть надежда на возрождение?

—  Мне кажется, что с тех малых земель, про которые мы говорим, начнётся новый виток развития нашего общества. Малая земля — это как в нас впрыснули человечности, жизни и правды. Потому что мы привыкли к некоей промежуточности. А каждый из нас должен быть готов к тому, что если я христианин, значит, я могу, как бы это громко ни звучало, умереть за Иисуса Христа. Если я мужчина этой страны, гражданин России, я должен быть готов умереть за свою страну. Вот и всё...