Либералов отлучили от школьных учебников

  • Либералов отлучили от школьных учебников

Министерство просвещения вмешалось в битву издательских гигантов за право формировать мировоззрение школьников

Российские ведомства вступили между собой в ожесточённую конфронтацию из-за школьных учебников. Федеральная антимонопольная служба возбудила в отношении министерства просвещения дело в связи с предполагаемым нарушением антимонопольного законодательства, требующего поддерживать конкуренцию между производителями товаров и услуг. Причина? В Федеральном перечне учебников, утверждённом Минпросом в декабре 2018 года, 53% всего одобренного государством учебного рынка пришлось на пособия издательства «Просвещение». Произошло это после того, как после назначенных министерством дополнительных экспертиз было отсеяно 20% учебников, изданных другими производителями — прежде всего корпорацией «Российский учебник», образованной на основе издательства «Дрофа» и контролируемой издательской группой «ЭКСМО-АСТ».

В результате проведённой ведомством госпожи Васильевой перетасовки разрешённых учебников доля «Российского учебника» упала с 46% до 26%, а доля «Просвещения» возросла с 35% до 53%. Фактически Минпрос перераспределил доли основных игроков учебного рынка, резко ослабив «ЭКСМО» и усилив «Просвещение». Хотя, по совести сказать, почему 53% — это монополизм, а 46%, бывшие у «Росучебника» ещё недавно, — нет, понять трудно, но возмущение пострадавшей стороны можно понять: потеря 20% многомиллионного стопроцентно гарантированного рынка — это чудовищные убытки.

минюстФото: www.globallookpress.com

Понятно, что «ЭКСМО» пытается исправить положение, используя весь свой лоббистский ресурс: Минюст уже заявил, что считает приказ Минпроса об утверждении «Федерального перечня» не вступившим в законную силу, Генпрокуратура усмотрела в нём «коррупциогенные факторы», и вот наконец ФАС прямо грозится Минпросу обвинением в монополизме и подавлении конкуренции.

Одна беда — в этом обвинении есть лошадиная доза лицемерия, так как на монополизм жалуется... монополист. Издательский монополист-супергигант, контролирующий 20% всего книжного рынка России, жалуется на то, что ему не позволяют стать ещё более монополистом, удерживая учебный рынок в распоряжении другого издательства, бывшего советским монополистом учебной литературы и потому абсолютно понятного для Минпроса.

Если бы «Просвещение» было по-прежнему государственным издательством, то ситуация вообще была бы прозрачна — частная монополия против госиздательства. Но в 2011 году основной издатель учебников в стране был приватизирован и перешёл в распоряжение «Олма медиа групп», тем самым закрепившего за собой вторую позицию на российском книжном рынке. Тем самым речь идёт о столкновении двух частных монополий, в котором Минпрос решил сыграть на стороне слабейшего. Назвать эту ситуацию «подрывом конкуренции», прямо скажем, нельзя, хотя вопрос о наличии или отсутствии тут коррупционной составляющей несомненно остаётся — пусть с ним разбираются компетентные инстанции.

На мой взгляд, пользователя и родителя (разумеется, абсолютно субъективный), учебники «Просвещения» выше качеством и по содержанию, и по своему оформлению. Скажем, учебники отечественной истории по программе «Школа России», на мой взгляд, заслуживают всяческих похвал (хотя и учебники-конкуренты от издательства «Русское слово», которое к «ЭКСМО» непричастно, тоже неплохи). Они подробны, написаны в достаточно патриотическом ключе, качественно освещают основные исторические процессы и дают яркую картинку прошлого нашей Родины, которой можно гордиться. Напротив, учебники отечественной истории, изданные «Дрофой», по большей части отменно унылы. Впрочем, возможно именно унылость их и спасла — в новом перечне Минпроса они остались.

типографияФото: Celil Kirnapci / Shutterstock.com

Зато пострадали пособия, отличающиеся известной «оригинальностью». Впрочем, оригинальность эта особого рода. Громкий скандал вышел, к примеру, с учебником экономики профессора ВШЭ Игоря Липсица, который был подвергнут критике привлечёнными Минпросом экспертами за недостаточный патриотизм и отсутствие темы импортозамещения. Липсиц отказался исправлять учебник и вносить в него «радостные слова про взлёт экономики и патриотический порыв ради импортозамещения», назвав их «словоблудием».

Ждать от профессора ВШЭ радостных слов об импортозамещении и в самом деле было глупо. Весь его учебник — это восторженная пропаганда одной-единственной либеральной модели экономики. Протекционизм и любую национально-ориентированную экономическую политику он именует не иначе как «болезнью». При этом от учащегося фактически скрывается, что выбор экономической модели существует не только между либеральной рыночной экономикой и коммунистическим планированием, что существует третья великая экономическая школа, связанная с именем Фридриха Листа. Этого имени Липсиц в своих учебниках даже не упоминал.

А говоря о реформах С. Ю. Витте, убеждённого последователя Листа и протекциониста, пытается внушить читателю, что в их центре лежали не импортозамещение, согласно тарифу 1891 года, и не индустриализация, а исключительно «укрепление рубля», которое привело к «наполнению магазинов импортными товарами по доступным ценам». Иными словами, в учебнике Липсица прямо фальсифицируется экономическая политика выдающегося теоретика и практика русского экономического роста. Фальсифицируется и его биография: утверждается, что Витте «был отправлен в отставку Николаем II за свои "слишком либеральные" взгляды». Это ложь: в отставку Витте был отправлен не за взгляды, а за то, что, будучи премьером и вытребовав у царя Манифест 17 октября 1905 года как единственное возможное «средство против революции», не сумел совладать с ситуацией и остановить революционную волну. Витте был прекрасным экономистом и управленцем, но оказался никудышным политиком, особенно для смутных времён, и не оправдал доверия Государя — не решённую им политическую задачу сумел решить Столыпин.

ВиттеС. Витте. Фото: www.globallookpress.com

Иными словами, из федерального перечня «вылетел» учебник, который с прямым искажением фактов теории и истории экономики отстаивал тезис о благодетельности для России экономической зависимости от Запада и вообще от импорта. Хорошо это или плохо? Думаю, что хорошо.

Жалуется на исключение своего учебника из перечня и другой статусный либерал из ВШЭ Александр Архангельский. Его совместный с педагогом Татьяной Смирновой проект также был потоплен минпросовской экспертизой.

Не попал в перечень и наш учебник, и все те учебники по литературе, которые хоть как-то отличаются от дуболомной версии,

— жалуется пострадавший в интервью порталу «Православие и мир».

Впрочем, стоит ли всякую методологическую простоту и удобопонятность называть «дуболомностью»? Концепция учебников Архангельского — Смирновой местами очень симпатичная, но она объективно сложна для подавляющего большинства участников и вряд ли даст знания как систему. В пятом классе предлагается изучать «Детство человечества и детство человека» (причём в детство человечества записаны Библия и Коран, в результате оказывающиеся проходящими по разряду мифов и легенд). В шестом классе предлагается изучать героев и подвиги в мировой литературе. В седьмом — пути дороги и жизненный путь. В восьмом — идеалы людей и эпох и их выражение в литературе. Наконец, в девятом дело доходит до истории русской литературы и формирования национальной картины мира. Последняя постановка вопроса мне нравится, и вообще Архангельский — один из немногих наших либералов, не боящихся говорить о национальном русском самосознании и особенностях (пусть и на свой либеральный лад), но в совокупности это всё избыточно запутанно для учащегося, не составляя никакой реальной последовательной системы и создавая мешанину из эпох и авторов, в которой Данте появляется на горизонте после Пушкина.

ПушкинА. Пушкин. Фото: www.globallookpress.com

Проблема скорее в другом: порой оказывается, что оригинальный либеральный подход и «дуболомный» подход, милый сердцу Минпроса, друг друга стоят.

Возьмём, скажем, учебник литературы за 10-11 классы, углублённый курс под редакцией того же Архангельского. По сути, его вводные главы, задающие определённую историческую и мировоззренческую рамку, представляют собой вольные авторские эссе на тему исторического пути России, проблемы реализации в ней свободы и т. д. Местами эти эссе очень симпатичны и объективно государственно полезны, скажем, последовательное противопоставление пушкинского идеала свободы, выраженного в стихотворении «Из Пидемонти» революционному радикализму декабристов, нигилистов и марксистов. Когда в книге появляется реплика о том, что коммунистический манифест Маркса в ХХ веке стоил миллионов жизней, это предупреждение тоже можно приветствовать.

Однако даваемые Архангельским оценки политики русских государей XIX века, которые задают определённую канву восприятия литературных произведений и личности писателей, далеки от адекватности и даны в определённых идеологических рамках. Николай I якобы только и делал, что загонял проблемы внутрь, Александр III был, конечно, «талантливым и масштабным руководителем страны», но при нём «нарушалась тонкая грань между здоровым национальным чувством и национализмом», что выражалось в том, что «на юге не раз вспыхивали еврейские погромы». Конечно, мне хотелось бы видеть в учебнике литературы совсем другие оценки и акценты.

АлександрАлександр III. Фото: www.globallookpress.com

Однако вот вопрос: а судьи кто? Возьмём для сравнения учебник литературы за 10-й класс (углублённый уровень) под редакцией В. И. Коровина, который прошёл экспертное сито Минпроса. Откроем ту же главу об эпохе Александра III. Оценки императора и его эпохи там попросту нет, зато приведён полный набор советских залипух касательно фигуры К. П. Победоносцева: «злой гений», «государственный колдун», «года глухие»... При сравнении двух учебников оказывается, что умеренно либеральный учебник Архангельского даёт всё-таки более тонкую, углублённую и исторически верную картину. В нём не повторяются совсем уж дикие совковые штампы, а национальное сознание получает право на существование, по крайней мере, в «здоровой» (что бы это ни значило в либеральной риторике) форме. Из двух искажений истины либеральное чуть человечнее, чем «дуболомное».

И здесь возникает вопрос: а где в этой линейке в подлинном смысле слова консервативные учебники, отражающие патриотический, национальный, чуждый и либерально-интеллигентской, и неосоветской риторике подход к преподаванию формирующих мировоззрение дисциплин? Зачастую их просто нет. Иногда «дуболомные» учебники «Просвещения» смещаются в эту сторону, но крайне медленно, под воздействием общего патриотического сдвига государственного идеологического мейнстрима. Но никаких учебников, написанных консерваторами, в наших федеральных перечнях попросту нет. Учебников, написанных либералами, теперь тоже почти нет, но то, что их вытеснило, совсем не вызывает восторга.

Битва издательских монополий за право поставлять буквари нашим школярам — к сожалению, вопрос не столько финансово-экономический, сколько содержательный. Это вопрос о содержании мировоззрения новых поколений наших граждан, вопрос о том, на каких идейных основаниях, заложенных в школе, будет строиться наша жизнь через 20-30 лет, когда нынешние школьники возьмут её в свои руки. Прежде всего это касается учебников по гуманитарным дисциплинам, таким как история, обществоведение, литература.

типографФото: bibiphoto / Shutterstock.com

И здесь мы, увы, видим «дилемму двух стульев». На одном — точёные пики дуболомных советских штампов, на другом — более-менее аккуратно упакованная либеральная пропаганда. По совести, необходимо избавиться от обоих и создать нормальный национальный учебник в русском духе по основным дисциплинам и добиться того, чтобы именно такой учебник стал основой единого образовательного процесса. Стандарты, перечни и форматы Минпроса, безусловно, нужны, и в идеале нам нужно стремиться к утверждению одного базового учебника по предмету. Проблема только в том, что для создания такого базового учебника необходима ценностная и идеологическая ясность в государстве и обществе. Отказ от заигрывания как с либеральным мировым сообществом и иноагентской интеллигенцией, так и с советски-сталинистскими призраками и штампами. И вот до этой идеологической ясности всё ещё далеко.

Пока над российским школьным учебником главенствует лотерея. Там, где сквозь многочисленные чиновничьи и корпоративные сита прорывается хорошая книга или глава в книге, дети получают адекватные знания. Там, где нет, оглупление продолжается, подкрепляемое бесовщиной пособий по ЕГЭ.


Ссылки по теме:

Путину стало стыдно за современных школьников

В России разработали карьерную лестницу для учителей школ

Оставить комментарий

Южная Осетия: Первая битва текущей войны Чёрный хлеб подорожал: Геноцид русской ржи
Новости партнёров
Загрузка...