Казино "Детский сад". Букмекеры скупили наших детей: Как подростков подсаживают на ставки

На днях большой резонанс получило обсуждение законопроекта, который, к слову, не могут принять уже два года. Суть его – запрет букмекерам принимать ставки несовершеннолетних, должников (в том числе по алиментам), а также недееспособных граждан.

Несмотря на поддержку законопроекта на уровне администрации, правительства и Минюста (а Совет Федерации включил его в перечень социально значимых ещё летом прошлого года), он застопорился при первом чтении. А всё потому, что глава Минфина Антон Силуанов попросил Госдуму перенести рассмотрение на осень 2026 года. А дальше, может, и на осень 2027-го. В общем, как пойдёт…

Самое важное в этом законопроекте (помимо его безусловной актуальности и значимости) – цифры. Единый регулятор азартных игр (ЕРАИ) – главный государственный орган в беттинге – озвучил неутешительную статистику: 40% от всех ставочников (именно из-за этой аудитории возникла пауза с принятием инициативы – букмекеры не желают терять эту золотую жилу) – это люди с долговыми обязательствами, недееспособные и… дети.

Среди тех, кто делает ставки в онлайн-казино, немало несовершеннолетних. Фото: ТГ-канал @afonina_news

Как мы докатились до такого, что несовершеннолетние знают о ставках лучше, чем таблицу Брадиса, – в материале Царьграда.

Когда все средства хороши

Многие, и в том числе сами подростки, склонны думать, что ставки – это безобидное увлечение, возможность весело провести время. Но что происходит, когда эта "забава" оборачивается зависимостью? Проблема подростковой лудомании – уже кричащая и повсеместная. Она всё чаще диагностируется у молодых людей, и не признавать её глупо, наивно и главное – опасно для будущего страны.

Сотовый телефон с доступом в интернет сейчас есть практически у каждого школьника или студента. Они смотрят и обсуждают рилсы, общаются в мессенджерах, записывают кружочки, читают новости. Цифровая оснащённость современных детей и подростков на космическом уровне, и букмекеры это прекрасно знают и используют. Не маскируются, как раньше, а включают все рычаги для завоевания новых игроков. Их маркетологи действуют очень тонко. Если прежде было достаточно простой баннерной рекламы конторы, то теперь они работают более изощрённо – через контент.

Детей букмекеры завлекают через контент. Коллаж Царьграда

Нативная подача позволяет юной аудитории узнавать о ставках: через графические слои (live-коэффициенты, плавно появляющиеся поверх видео), сторителлинг (когда ведущий делится личным купоном, показывая путь ставки: "Я ставлю 500 рублей на тотал угловых больше 8,5"), бесплатную игру перед платной (квизы, где победитель получает фрибет, а проигравшие – утешительный промокод), VR-активации (когда амбассадор проводит виртуальный мастер-класс, ставки делаются прямо в метавселенной бренда), обещая бонусы за приглашение друга, участие в турнирах с денежными призами. А также с привлечением медийных персон – кумиров молодёжи: блогеров, актёров, артистов, спортсменов. Подростки им верят и идут за ними.

Молодёжь и деньги

Другой фактор вовлечения подростков в чудовищный мир азарта – наружная реклама. Её в городах критически много, и она разлагающе действует на молодёжь:

Букмекерские конторы превращаются в массовую среду, формируя повседневный образ городской жизни, – считает депутат и автор программы "Итоги дна" на канале Царьград Михаил Делягин. – Наша молодёжь уже искренне считает, что азартные игры – это способ приумножения или, как минимум, сохранения капитала.

У нас несовершеннолетние вовлекаются в систему онлайн-ставок, лица моложе 25 лет вовлекаются, и при этом они проходят через офлайн-букмекеров, потому что именно они работают с совершеннолетними, но несовершеннолетние видят, что на каждом углу вывеска, значит, это разрешено, значит, это нормально, значит, можно этим заниматься и в онлайне тоже.

От чего дети бегут в онлайн-казино     

Родители в силу занятости на работе порой физически не в состоянии контролировать интернет-привычки своих детей и зачастую не отдают себе отчёт, с какими угрозами сталкивается их ребёнок и как на них реагировать. Классическая история: ребенок без ограничений смотрит телевизор или залипает в гаджетах, лишь бы сидел тихо и не мешал. Так он погружается в виртуальный мир, где ему интересно, весело, спокойно и где он получает всё то, что не дают ему родители. Так формируется зависимость.     

А доступ, например, к слотам в онлайн-казино абсолютно ничем не ограничен. Находчивый подросток при желании легко найдёт старшего товарища, который загрузит свой паспорт в систему, а также пополнит баланс и выведет деньги.

По мнению психологов, подростки очень уязвимы к лудомании, особенно в момент возрастного кризиса, когда становятся упрямыми, стремятся во всем поступать по-своему, в конфликтной форме отстаивают свою точку зрения, ревностно относятся к личному пространству и противостоят авторитетам, то есть родителям. А ребята с низкой самооценкой, испытывающие стресс или депрессию, могут искать способы уйти от проблем через азартные игры. Лудомания становится для них способом получения временного удовольствия. Между тем отсутствие тёплых отношений с родителями или учителями приводит к тому, что подросток ищет признание или одобрение в ставках.

Такими "увлекательными" роликами заполнены соцсети. Скриншот: VK.com

"Начал делать ставки ещё в школе"

Делать ставки в букмекерских конторах я начал, ещё будучи школьником. Когда мне было 13 лет, я нашёл у отца распечатки с котировками и увидел там названия любимых команд. Я с детства люблю спорт, поэтому поинтересовался у отца, что это такое. (К слову, отец и раньше играл в автоматы и делал ставки. На тот момент он был в разводе с мамой.) Он мне все объяснил и иногда просил совета, на кого ставить, потому что знал, что я интересуюсь спортом, 

– рассказывает Сергей из Санкт-Петербурга, много лет страдающий от лудомании.

Делать ставки самостоятельно я начал в 15 лет. "ВКонтакте" было приложение "Разори букмекера", в котором можно было играть на голоса. Через год я перешёл на живые деньги: по маминым реквизитам зарегистрировался в букмекерской конторе, чтобы можно было выводить деньги, и время от времени ставил по 500 рублей, которые мне давали на карманные расходы. Я понял, что у меня зависимость практически сразу, но как-то не особо с ней боролся. Это не было для меня проблемой: я не тратил много денег, зато взамен получал много адреналина.

Первый год в университете я решил уделять больше времени учебе и забил на ставки, но потом снова начал играть. Я жил в общежитии, и случалось так, что проигрывал последние деньги и мне было нечего есть. Пытался делать перерывы, но меня затягивала погоня за адреналином. Отношения с девушками помогали на время забыть о зависимости, но потом они уходили на второй план. Я снова увлекался ставками, не уделял внимания девушкам, срывался на них, когда проигрывал.

За всё это время я проиграл около полутора миллионов рублей. От многотысячных долгов меня спасла плохая кредитная история. Я как-то взял микрокредит на 5000 рублей и не вернул. После этого ни один банк не давал мне в долг. Можно сказать, мне повезло.

Сейчас я более-менее контролирую свою зависимость, могу продержаться без игры месяц-полтора. Раньше я мог за вечер проиграть 10 тысяч рублей, сейчас больше 2000-3000 за вечернюю сессию не залью.

Иногда я захожу в букмекерские паблики и ужасаюсь: там сидят 12-13-летние пацаны и стреляют друг у друга по сотке, чтобы сделать ставку, – заключил Сергей.

Что с того?

У нас для вас плохие новости. Нет ни одной предпосылки, чтобы количество лудоманов в стране уменьшалось. Более того – эта болезнь молодеет. Весь беттинг сейчас сосредоточен в телефонах, которые есть у каждого школьника и студента. Всплывающая реклама онлайн-казино и прочей дряни везде – даже на спортивных сайтах, которые должны прививать другие ценности. Букмекеры скупили всё и даже наших детей. Через несколько лет страна провалится в социальную яму, а за докладами о рекордных барышах этих игорных деятелей будут стоять нищие русские – те самые нынешние подростки.