сегодня: 22/09
Святой дня
Преподобный Иосиф Волоцкий

Император Николай II в Ставке и его отъезд в Царское Село

Император Николай II в Ставке и его отъезд в Царское Село

В преддверии революции

24 февраля. Пятница.

Слухи о петроградских событиях дошли до Императора Николая II вечером 24 февраля. В. Н. Воейков стал настаивать, чтобы Государь скорее уехал из Ставки. Однако Николай II «на это возражал, что он должен пробыть дня три-четыре, и раньше вторника уезжать не хочет». Причины, по которым Император Николай II упорно не хотел уезжать из Ставки, по всей вероятности, были связаны с той целью приезда, какая была изложена ему М. В. Алексеевым.

24 февраля Государь разговаривал с Государыней по телефону из своего кабинета, и Государыня сообщила, что «толпы рабочих требовали хлеба, и было несколько столкновений с полицией, но всё это сравнительно быстро успокоилось». Ни в дневнике Императора Николая II, ни в дневнике Императрицы Александры Федоровны об этом телефонном разговоре не упоминается. Но того же 24 февраля Императрица пишет Императору письмо, в котором сообщает, что накануне 23 февраля «были беспорядки на Васильевском острове и на Невском, потому что бедняки брали приступом булочные. Они вдребезги разнесли Филиппова и против них вызвали казаков. Всё это я узнала неофициально». Непонятно, зачем Императрице понадобилось повторять в письме информацию, которую она уже передала Государю по телефону?

Переговоры Царя и Царицы по прямому проводу приобретают уникальный характер, так как информация, получаемая Государем от Супруги, была из первых рук. Заметим также, что первые телеграммы о положении дел в Петрограде прибыли в Ставку только 25 февраля. Поэтому значение факта прямого разговора Царя с Царицей 24 февраля приобретает особое значение.

25 февраля. Суббота.

Вечером этого дня Государь получил телеграмму от Императрицы Александры Федоровны, в которой говорилось, что «совсем нехорошо в городе». По свидетельству генерала Д. Н. Дубенского в Ставке, «уже с утра стало известно, что волнения в Петрограде приняли угрожающие размеры».

Тревожные сообщения стали поступать и от военных властей. Генерал С. С. Хабалов послал в Ставку Наштаверху (то есть М. В. Алексееву) секретную шифрованную телеграмму, в которой он описал ход развития беспорядков. В тот же день на имя дворцового коменданта В. Н. Воейкова поступила первая шифрованная телеграмма от А. Д. Протопопова, в которой он сообщал о «серьёзных беспорядках» на Знаменской площади Петрограда. Воейков доложил телеграмму Государю и вновь убеждал его уехать из Ставки. «Но Государь продолжал настаивать на своём отъезде во вторник».

Вечером, 25 февраля, Император Николай II направил генералу С. С. Хабалову телеграмму, в которой повелел «завтра же прекратить в столице беспорядки, недопустимые в тяжёлое время войны с Германией и Австрией». Как пишет эмигрантский Г. М. Катков: «Телеграмма была составлена самим Государем и послана без консультаций с кем бы то ни было».

26 февраля 1917 года. Воскресенье.

В 10 часов утра Государь был на Божественной литургии. Во второй половине дня пришла телеграмма от генерала С. С. Хабалова, в которой тот сообщал, что в столице идут столкновения войск и полиции с демонстрантами, есть убитые и раненые. По каким-то не ясным причинам, Государь по-прежнему не хотел покидать Ставку. Осознание необходимости своего отъезда с одной стороны, и необходимости оставаться в Ставке с другой, были причиной мучительных раздумий Царя. Видимо, нервное напряжение было настолько сильным, что во время литургии у Императора Николая II случился сердечный приступ. Государь писал Супруге: «Сегодня утром во время службы я почувствовал мучительную боль в середине груди, продолжавшуюся ¼ часа. Я едва выстоял, и лоб мой покрылся каплями пота. Я не понимаю, что это было, потому что сердцебиения у меня не было, но потом оно появилось и прошло сразу, когда я встал на колени перед образом Пречистой Девы».

Все мысли Царя были вокруг событий в Петрограде. 26 февраля Н. Д. Голицын воспользовался правом, данным ему накануне своего отъезда Государем, и издал за его подписью указ о прерывании занятий Государственной Думы до апреля 1917 года. Г. М. Катков пишет, что «нет никаких указаний на то, что Голицын испрашивал у Государя разрешения, чтобы воспользоваться документом. Ответственность за это решение целиком лежит на Голицыне и на Совете министров».

Вечером председатель Государственной Думы М. В. Родзянко сообщил Царю телеграммой, что «положение серьёзное. Всякое промедление смерти подобно. Молю Бога, чтобы этот час ответственности не пал на Венценосца». Ещё позже от Родзянко была получена вторая телеграмма, в которой он писал о разрастании революции и просил Государя «безотлагательно призвать лицо, которому может верить вся страна, и поручить ему составить правительство».

Одновременно с посланной телеграммой Николаю II, М. В. Родзянко направил телеграммы генералу М. В. Алексееву и главнокомандующим армиями Юго-Западного, Западного и Северного фронтов генералам А. А. Брусилову, А. Е. Эверту и Н. В. Рузскому. В этих телеграммах содержался тот же текст, что и в телеграмме Царю, только в конце высказывалась просьба поддержать перед Государем просьбу Родзянко о введении ответственного министерства.

В течение ночи и утра 27 февраля генералом М. В. Алексеевым были получены ответные телеграммы от главнокомандующих. В них «по верноподданному долгу и присяге» выражались просьбы Алексееву доложить Государю, «что при наступившем грозном часе» другого выхода, кроме того, что предлагает Родзянко, быть не может.

В начале десятого вечера Николай II послал телеграмму Супруге: «Её Величеству. Любовь моя! Спасибо за телеграммы. Уеду, как только улажу все необходимые здесь вопросы». Слова Государя о том, что он уедет, когда решит все необходимые здесь (то есть в Ставке) вопросы, лишний раз доказывает, что эти вопросы не были связаны с планами весеннего наступления.

27 февраля 1917 года. Понедельник.

В понедельник утром Государь отправился, по обыкновению, в штаб, где, по свидетельству А. А. Мордвинова, «оставался чрезвычайно долго». Кстати, снова поразительное расхождение с царским дневником: «Был недолго у доклада». Генерал М. В. Алексеев сообщил, что ночью пришли известия из Петрограда: в столице «войска переходят на сторону восставшего народа».

Во время доклада Алексеев передал Николаю II телеграмму Родзянко, в которой тот требовал восстановить работу Думы, и «немедленно призвать новую власть на началах, доложенных мною Вашему Величеству во вчерашней телеграмме».

Известия из Петрограда тяжело подействовали на Государя, который 27 февраля был «заметно более сумрачен и очень мало разговорчив». Во время обеда Николай II приказал генерал-адъютанту Н. И. Иванову двигаться на Петроград с преданным ему воинским отрядом Георгиевских кавалеров. Главная задача экспедиции генерала Иванова заключалась в том, что в Петроград должен был прибыть генерал-адъютант Царя, которому должны были подчиняться все, в том числе и министры. При этом Николай II был далёк от мысли, что батальон Георгиевских кавалеров, в количестве 800 человек, сможет подавить петроградский бунт. Задачи батальона были другими: он должен был взять под охрану Царское Село и самого Государя по его прибытии в Царское Село. Таким образом, от генерала Иванова требовалось в первую очередь обеспечить наличие в столице законной власти и безопасность приезда Императора в Царское Село.

Вечером генерала М. В. Алексеева вызвал по прямому проводу Великий Князь Михаил Александрович, которого усиленно обрабатывал Родзянко, убеждая Великого Князя убедить Государя согласиться на Ответственное министерство.

Великий Князь просил М. В. Алексеева доложить Государю, что он считает необходимым роспуск Совета министров и назначение во главе правительства лицо, пользующимся уважением в народе, поручив ему составить кабинет по его усмотрению. По мнению Великого Князя, таким лицом мог бы стать князь Г. Е. Львов.

Император Николай II передал брату через М. В. Алексеева, что все мероприятия, касающиеся перемен в личном составе, он откладывает до своего прибытия в Царское Село. Государь также уведомил Великого Князя, что в Петроград отправляются войска из четырёх пехотных и четырёх кавалерийских полков. Государь отдал приказ направить на Петроград значительные воинские подразделения. Государь требовал направить «прочных генералов, смелых помощников». На Петроград дополнительно были направлены 34-й Севский, 36-й Орловский, 2-й Гусарский Павлоградский и 2-й Донской Казачий полки под командованием генерал-майора В.П. Юрьева и генерал-лейтенанта князя Г.И. Трубецкого. Посадка этих частей в эшелоны должна была начаться в полдень 28 февраля и окончиться 2 марта.

В 22 час. 45 мин. на имя Императора Николая II пришла телеграмма князя Н. Д. Голицына, в которой извещалось, что уличные беспорядки «сегодня приняли характер военного мятежа». Князь умолял Государя немедленно отправить правительство в отставку и назначить главой нового правительства лицо, «пользующееся доверием в стране». Из этой телеграммы видно, что Н. Д. Голицын также находился под сильным влиянием Родзянко. В ответ Император указал князю, что в столицу назначен новый военный начальник, а самому Голицыну «предоставлены все необходимые права по гражданскому правлению». Что касается перемен в личном составе правительства, то их Николай II считал «при данных обстоятельствах недопустимыми».

Генералы М. В. Алексеев и А. С. Лукомский пытались воздействовать на Государя и убеждали его согласиться с предложениями Голицына. Однако Император Николай II указал, что он своё решение не изменит, «а поэтому бесполезно мне докладывать ещё что-либо по этому вопросу».

Около полуночи Николай II внезапно принял решение о своём отъезде из Ставки. Примечательно, что еще утром Царь планировал вернуться в Петроград 1 марта. В телеграмме Императрице он сообщал: «Выезжаю завтра в 2.30. Конная гвардия получила приказание немедленно выступить из Новгорода в Петроград. Бог даст, беспорядки в войсках скоро будут прекращены».

Принятие Царём решения о немедленном отъезде обычно объясняется его волнением за свою семью, поводом для которого стал звонок в Ставку из Царского Села гофмаршала графа П. К. Бенкендорфа, сообщившего о грозящей Императрице и детям опасности. Эту версию в своих воспоминаниях поддерживают и В. Н. Воейков, и А. А. Мордвинов. Однако Бенкендорф в своих мемуарах писал, что утром, 27 февраля, ему пришло сообщение от военного министра генерала М. А. Беляева, что М. В. Родзянко предупредил министров, что Государыня находится в опасности, и «должна немедленно уехать, так как никто не сможет к утру поручиться за её безопасность».

П. К. Бенкендорф сообщил об этом в Могилёв В. Н. Воейкову, и предложил просить Государя отдать распоряжение об отъезде Императрицы и находящихся с нею детей. «Сам он уедет ночью в Царское Село и прибудет утром 1 марта». Ясно, что главной целью возвращения Императора Николая II в Петроград была не безопасность Семьи.

Эмигрантский писатель В. Криворотов писал, что «было ошибкой думать, что Царь спешил в Царское Село исключительно из боязни за свою семью, жену и детей. Государь должен был сознавать, что его появление там, в центре пылающих страстей, не могло никоим образом защитить семью от распоясывавшейся толпы. Своим решением отправиться туда Царь хотел разрубить узел всеобщего трусливого бездействия».

Генерал Н. В. Рузский утверждал, что Государь, прибыв в Псков 1 марта, сказал, что он «выехал из Ставки, чтобы быть ближе к месту, где разыгрываются события, и иметь возможность лично говорить с нужными людьми и выиграть время».

Можно предположить, что поздно вечером, 27 февраля, Николай II осознал существование против него военного заговора в Ставке. По словам генерала А. С. Лукомского, Царь, «находясь в Могилёве, не чувствовал твёрдой опоры в своём начальнике штаба генерале Алексееве». Император решил любой ценой прорваться в Царское Село, куда должны были подоспеть отправляемые им верные части с фронта.

Как только генералитет Ставки узнал, что Николай II хочет немедленно уехать, на него началось оказываться мощное давление, чтобы он не покидал Могилёва. Поздно вечером Лукомский отправился к Алексееву и стал настаивать, чтобы тот пошёл к Государю и отговорил его от возвращения в Царское Село. Алексеев немедленно пошёл к Царю, но тот твёрдо решил ехать.

В. Н. Воейков вспоминал, что узнав от него о предстоящем отъезде Царя, Алексеев с «хитрым выражением лица» и с «ехидной улыбкой» спросил: «А как же он поедет? Разве впереди поезда будет следовать целый батальон, чтобы очищать путь». Воейков немедленно отправился к Государю и передал ему «загадочный разговор с Алексеевым», стараясь «разубедить Его Величество ехать при таких обстоятельствах», но «встретил со стороны Государя непоколебимое решение во что бы то ни стало вернуться в Царское Село».

Император Николай II счёл нужным перед отъездом дезинформировать Алексеева, передав ему, что решил остаться в Могилёве. Это известие вызвало у генерала Алексеева удовлетворение. Но Государь, ничего не сообщив начальнику штаба, ночью выехал к своему поезду.

Генерал П. К. Кондзеровский вспоминал, что ночью, 27 февраля, он «ещё не спал, когда услышал сильный гул от быстрого движения нескольких автомобилей. Бросившись к окну, я увидел, что мимо, полным ходом, промчались по направлению к вокзалу царский автомобиль и за ним все машины со Свитой. Ясно, что Государь уезжал из Ставки. Какое-то жуткое впечатление произвел этот отъезд в глухую ночь».

Не менее необычно мрачное впечатление производил сам Императорский поезд, который стоял у перрона вокзала «в полной темноте, без единого огня, с наглухо завешанными окнами». На перроне не было заметно и обычной охраны. Государь в сопровождении Воейкова и дежурного флигель-адъютанта прибыл в Собственный поезд около 1 ч. 15 м. ночи 28 февраля. По всему было видно, что отъезд Государя был поспешным и максимально законспирированным. Около 4 часов утра от Могилёва отошёл свитский поезд. Через час в темноту двинулся Собственный Его Императорского Величества поезд литера «А».

В 5 ч. 35 м. в Департамент полиции ушла телеграмма от полковника Еленского: «Государь Император благополучно отбыл пять утра вместо двух с половиною дня».

Подписывайтесь на канал "Царьград" в Telegram, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.
Новости партнеров

Новости





Наверх