сегодня: 23/09
Святой дня
Святые девицы Минодора, Митродора и Нимфодора

Геополитическое присутствие - обременение полезное

Геополитическое присутствие - обременение полезное

Киргизский президент Алмазбек Атамбаев приезжал прощаться с президентом Путиным и заручиться его поддержкой на выборах своего преемника

Только что закончился визит в Россию президента Киргизской республики Алмазбека Атамбаева. В кругах политических наблюдателей этот визит уже успели назвать прощальным: в октябре в его стране пройдут выборы, в которых он, согласно закону, уже не сможет принять участие. Поскольку визит был государственный, то в киргизской делегации, как полагают наблюдатели, присутствовал и возможный будущий преемник Атамбаева. Присутствовал официально, будучи премьер-министром. 

Речь идёт о Сооронбае Жээнбекове, которого в Киргизии уверенно относят к преемникам. И именно ему, как поговаривают политологи, на пользу пойдут решения и документы, принятые ныне в Москве. Это соглашение о создании единой системы противовоздушной обороны, соглашение о военно-техническом сотрудничестве, подтверждение статуса объединенной военной базы ОДКБ в Киргизии. И главное - списание Киргизии её долга перед Россией в 240 миллионов долларов. 

Верно ли это? И "смотрины" Жээнбекова, и списание долгов под него, и, по сути, вбрасывание влияния России на судьбы будущих выборов в Киргизии? На эти вопросы Царьград попросил ответить одного из самых сведущих в России специалистов по региону Центральной Азии, старшего научного сотрудника Института востоковедения РАН и заведующего отделом в Институте стран СНГ Андрея Грозина. 

Премьер-министр Казахстана Бакытжан Сагинтаев, премьер-министр Киргизии Сооронбай Жээнбеков и председатель коллегии Евразийской экономической комиссии Тигран Саркисян (слева направо) перед началом заседания Евразийского межправительственного совета во время совместного фотографирования. Екатерина Штукина/пресс-служба правительства РФ/ТАСС

Смотрины преемника? 

Царьград: Что, Путин утвердил кандидатуру преемника? 

Андрей Грозин: В официальной части визита вообще ни разу не прозвучало слово "выборы". То есть если эта тема и звучала, то, конечно, с глазу на глаз, и вряд ли мы точно узнаем об этом.

Что же до Жээнбекова, то ему положено быть в Москве по статусу, как премьер-министру. Он просто приехал, что называется, по работе. Пока никаких нет оснований говорить, что эта тема поднималась, обсуждалась, что в России придерживаются такого-то и такого-то взгляда.

Иное дело, что Путин подвёл, что называется, итоги работы Атамбаева на посту президента и, как это прозвучало, оценены они были в превосходных степенях. И главное - не то, как Путин оценивает Атамбаева и российско-киргизское партнёрство, а то, что он эту тему заявил. Он мог бы вообще об этом не говорить, но сказал, что Россия очень ценит деятельность Алмазбека Шаршеновича. 

Ц.: То есть получается, что Россия высказала Атамбаеву своё доверие и тем самым перенесла это доверие на того, кого он предложит в качестве своего преемника, так? 

А.Г.: А иных оценок его работы на официальном уровне и не было никогда. Здесь нет ничего революционно нового. Просто Россия не могла устраниться и не продемонстрировать своего интереса. Это было бы слишком необычно.

Сейчас, очевидно, - достаточно деликатная ситуация. Собственно, все кандидаты - они и так те люди, которые обили все пороги в Москве (а если не сами, то их порученцы), рассказывая о том, какие они друзья России. И это на самом деле медицинский факт, что называется. При всех завихрениях, при всех порой неоднозначных моментах в биографиях людей, которые реально могут стать будущими президентами, ни один из них не подходит никоим образом под категорию киргизского Саакашвили или чего-то близкого к этому.

На самом деле - и это, кстати, прозвучало вчера из уст российского президента - Россия уверена, что тот уровень партнёрства, который сложился за последние годы между Москвой и Бишкеком, сохранится и на перспективу. Очевидно, что это имелось в виду, когда российская сторона говорила не только о заслугах Атамбаева в выстраивании стратегического партнёрства, но и о том, как Москва видит будущее, после 15 октября. 

Польза стратегических отношений 

Ц.: А, собственно говоря, в чем польза для России от этих стратегических отношений? Если не считать того, что мы в очередной раз списали им 240 миллионов долларов? 

А.Г.: Так это старая история. Это то, что списали еще раньше. Вопрос о списании долга поднимался в течение достаточно долгого времени. И то, что Силуанов вчера обменялся папками со своим киргизским коллегой, это просто техническое окончание уже принятого решения… 

Ц.: Но в любом случае получается, что Киргизия в таком экономическом и военном состоянии, что всё равно будет просить новые и новые деньги у России, потому что она сама не в состоянии свою экономику поддерживать. И Россия будет вынуждена эти деньги давать, а затем, по логике, опять списывать. Не Вы ли сами нам об этом и говорили? 

А.Г.: А я и не отказываюсь. Абсолютно. Я считаю, что именно так ситуация и обстоит. Но это необходимость. 

Ц.: Почему? 

А.Г.: Это лишь на первый взгляд кажется, что нам сейчас бороться с кем-то за влияние в Киргизии нет необходимости.

Да, китайское присутствие в последние годы, последние полтора-два года, очень сильно затормозилось. Я так понимаю, что наши восточные друзья решили взять паузу - с учётом того, что то, что они хотели получить в Центральной Азии вообще, и в Киргизии, в частности, у них уже есть. И больше, наверное, пока не нужно.

Запад нам в Киргизии тоже не конкурент. Просто потому, что, очевидно, вложившись в так называемый сектор гражданского общества, Запад тоже упёрся в определённый предел своих возможностей. И не видит необходимости бороться там за какие-то экономические высоты в Киргизии, которых не так уж и много. 

Но политика - она динамичный процесс. Да, сейчас мы доминируем. Да, нам бороться особенно не с кем. Но это абсолютно не значит, что такая ситуация, если ей не заниматься, сохранится в течение длительного времени. Кыргызстан - страна очень динамичная во внутриполитическом смысле. И если не держать руку на пульсе, отслеживая, хотя бы мониторингом, процессы, которые там происходят, то можно очень быстро оказаться у разбитого корыта. Как это случилось с американцами. Они понадеялись, что этот сектор гражданского общества, НПОшки эти будут как якорь держать республику - через гранты, через доверительные отношения и так далее. А получилось, что не срастается.

Нельзя почивать на лаврах. Потому что, если понадеяться, что то, что мы имеем, будет и через пять, и через 10 лет, то, скорее всего, можно очень серьёзно ошибиться. 

Мы платим за геополитическое присутствие 

Ц.: В общем, мы платим за то, чтобы на горах Киргизии стояла лапа российского орла, а не американского, и не китайского тигра, так? 

А.Г.: С точки зрения бытового сознания, да, я понимаю - это не очень-то весело, слышать о том, что мы списываем десятки и сотни миллионов долларов, которые выделили стране, ничего видимого взамен не получая. Но надо всё-таки понимать несколько вещей.

Во-первых, Кыргызстан сейчас, с вступлением в Евразийский союз, де-факто, если называть вещи своими именами и не дипломатничать, оказался в сфере экономического доминирования Российской Федерации. И теперь Россия вынуждена, по сути дела, поддерживать хотя бы тот уровень социально-экономической стабильности, который сегодня есть в этой стране.

Во-вторых, у нас там объединённая военная база, несколько очень значимых военных объектов, самый известный из которых - это база воздушно-космических сил в Канте. Да, она является формально базой Организации Договора о коллективной безопасности. Но это российские военные, это российская авиация, техника. Эта база является военно-воздушным компонентом всей нашей южной системы военного присутствия в Центральной Азии. Без неё парировать возможные вызовы нашей базе в Таджикистане будет достаточно сложно.

И мы за эту базу не платим, кстати говоря.

Так что неверно думать, будто мы всем всё раздариваем и ничего взамен не получаем. Получаем на самом деле. Так же точно, как с Беларусью. Да, мы очень много позволяем её президенту, да, мы платим за лояльность. Но за это мы имеем определённую "прокладку" с нашими западными "партнёрами", в том числе играющую серьёзную военно-политическую роль.

То же самое и в Кыргызстане. 

Мне кажется, Кремль принял достаточно взвешенное и грамотное решение.

К тому же эта поддержка, которую мы оказываем Киргизии, это не так уж и много. Эти раз в год выделяемые 30 миллионов на стабилизацию бюджета - это же слёзы по большому счёту. Это то, что "Газпром" зарабатывает, наверное, за день, а может быть, за полдня. 

Ц.: Это слёзы ещё на фоне того, что наши либероидные финансисты из правительства опять вложили в те же американские ценные бумаги… 

А.Г.: Да, если уж об этом говорить, то и это тоже.

Вообще, пятимиллионная страна, одна пятая которой пребывает постоянно в России, это не такое уж большое обременение. Эти списания - да, это досадно, это неприятно. Но это - плата за геополитическое присутствие. Мы ж не Бельгия какая…

Читайте также:

Путин: Россия и Киргизия будут наращивать сотрудничество в сфере антитеррора

Россия и Киргизия ускорят создание совместной системы ПВО

Россия укрепляет южные рубежи 

Подписывайтесь на канал "Царьград" в Telegram, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.
Новости партнеров

Новости





Наверх