сегодня: 23/05
Святой дня
Апостол Симон Кананит

Статьи

"Божественная комедия" Данте: "Христиане до Христа"

Божественная комедия Данте: Христиане до Христа

Протоиерей Андрей Ткачев о Платоне и Аристотеле, которые склонялись к вере единого Творца неба и земли

"Земную жизнь пройдя до половины, я очутился в сумрачном лесу". Мы уже начали разговор о "Божественной комедии" великого флорентийца Данте Алигьери.

Сегодня мы продолжим наше путешествие. Не по Аду, нет. А по литературному аду, который скорее похож на нашу повседневность. В компании Вергилия, в компании Данте Алигьери. Вслед за пересечением той линии ворот, на которой написано "Оставь надежду, всяк сюда входящий", в сопровождении некрещеного Вергилия, который только по аду и может тебя провести - дальше ему нельзя.

Данте попадает в лимб. Существует некое место, где находятся люди, не совершившие никаких грехов особенных - например, некрещеные младенцы. Они не просвещены благодатью Крещения и лицо Христово видеть не могут.

Там же находятся добродетельные язычники. То есть язычники, которые имели живое сердце. Даже, скажем по-еврейски, обрезанное сердце. Сердце, чуждое твердых покровов. Сердце такое впечатлительное, чувствительное к нравственной боли, к обиде, к несправедливости. Люди, имевшие сострадательное, мудрое сердце. И жившие в этом мире не как сыр в масле, утопая в удовольствиях, а именно как гонимые и обиженные. Например, Сократ. Умер мученически, всю жизнь боролся за истину. Что его, в ад, что ли, опускать? Как-то жалко. Давайте в лимб его.

В общем, мы имеем дело с хорошей богословской теорией, которая вполне оправдывается средствами нашего сердца. Возведенная в повышенное достоинство при помощи таких великих произведений, она может греть человеческое сердце.

Есть ли лимб на самом деле? Православные даже об этом не рассуждают. Нету его. Евангелие нам ничего об этом не говорит. Но как литературное явление нам интересно, кто в лимбе, что там и как. Все-таки у нас нет исчерпывающих знаний о загробной жизни. Мы просто их не вместим. Мы сгорим, как свечка. Поэтому мы о чем-то догадываемся, а о чем-то не догадываемся. В лимбе находятся, например, Аристотель, Платон, Плутарх. Платон и Аристотель - это две масштабные фигуры, которые на известной картине средневекового художника гуляют в Академии по саду, и один показывает на небо, а другой - на землю.

Платон говорит Аристотелю: давай займемся небесными предметами. Аристотель говорит: подожди, мы еще с землей не разобрались. Это как Конфуций и Лао-Цзы в китайской философской истории. Конфуций говорит: давайте заниматься только землей. Про небо мы ничего не будем говорить, потому что мы про землю еще ничего не знаем. А другие говорят: нет-нет, надо с небом разобраться, тогда будет на земле все понятно. Обе точки зрения интересные.

И Плутарх - стоит почитать его "Сравнительные жизнеописания". Это очень интересный писатель, который донес до нас яркие портреты, картины жизни великих. Например, у него есть житие Александра Македонского, описание жизни Цицерона. То есть Плутарх для нас важен. Это интересный человек.

А чтобы вы не подумали часом, что мы вас тянем в язычество, хитро и осторожно, то должен вам сказать, что была такая традиция, в том числе и на Руси, изображать добродетельных язычников на росписях в храме. На западной стене в Успенском соборе Московского Кремля изображены протестанты с кружевными воротничками. Магометане, конечно же, иудеи, в характерных своих одежах. И все они стоят слева от Иисуса Христа, и места им нету в Царстве Небесном. В притворах храмов, подобных Успенскому собору Московского Кремля, буквально в дверях притвора. Изображали Платона и Аристотеля.

Называли их христиане до Христа. То есть люди, чувствовавшие, что есть в мире конечная истина. Ведь они бы так настырно не искали ее, если бы не верили, что она есть. Люди, связывавшие истину с таким понятием, как Бог. Причем один Бог, а не много. Они были достаточно отстранены от народного богопочитания и молитв всяким богам, которых было, по понятию язычников, миллионы. Они все-таки склонялись к вере единого Творца неба и земли. И Ему старались посвятить свои помыслы. Они искали истины, правды. Они посвящали свою жизнь не развлечениям, а размышлениям.

И они достойны того, чтобы быть почитаемыми христианами в качестве добродетельных людей, не знавших Божественного Откровения. Они изображались, повторяю, в храмах, в качестве росписей. Их исторические фресковые изображения у нас на Руси тоже есть. Именно в притворных частях.

И эта мысль перекликается с этим лимбом Данте. То есть он не мог пройти мимо, не мог спуститься вниз к злодеям, не отдав некой такой чести и поклона тем, кто любил добродетель, но не был крещен и жил до пришествия в мир Христа Спасителя.

Обо всем этом мы говорим, друзья мои, для того, чтобы вы не были оторваны от мировой культуры и литературы. Оторванность отдельного человека или целого народа от мировой культуры и литературы - это, по сути, некая мягкая форма самоубийства. И для того чтобы нам не исчезнуть с глаз долой с той земли, на которой мы живем, нам необходимо закрепиться на ней постижением корневой системы. В корневой системе лежат в том числе и великие произведения литературы. Например, Сервантес с "Дон Кихотом Ламанчским". Пушкин с "Евгением Онегиным". Данте Алигьери с "Божественной комедией". И нам есть о чем поговорить - это сегодняшней нашей жизни очень касается.

Подписывайтесь на канал "Царьград" в Telegram, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.
Новости партнеров

Новости





Наверх