Бесы радуются: "Голос Кремля склонился перед Пугачёвой"

Новость, которая в какой-то другой момент могла бы вызвать недоумение, но в такой день, как сегодня, вызывает гораздо более сильные чувства.

По сообщениям телеграм-каналов, пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков на похоронах модельера Валентина Юдашкина встретился с Аллой Пугачёвой.

Певица, не объявленная иноагентом, прилетела в Москву специально, чтобы посетить погребальную церемонию. Говорят, перед поездкой в Москву она рассказывала, что Юдашкин был у неё в гостях незадолго до смерти, совсем больной, поэтому не могла не отдать последний долг. Очень трогательно, конечно, звучит. Песков поцеловал Пугачёвой руку. Это есть на фото с похорон. Говорили они о чём-нибудь или нет, мы не знаем.

Украинские телеграм-каналы говорят, что Дмитрий Песков сказал "примадонне", что "восхищён её стойкостью", но верить им, разумеется необязательно. Да и неважно, был ли какой-то разговор между официальным представителем президента и "испуганной патриоткой". Того, что уже опубликовано, – вполне достаточно.

Дело в том, что Алла Пугачёва за последний год стала едва ли не символом новейшей политической артистической эмиграции. Той самой эмиграции, представители которой, утверждая, что выступают "против войны", на самом деле из-за бугра решительно выступили против своей Родины.

Перечислять тех, кто на Западе и, в частности, в Израиле оказался в одной компании с Пугачёвой, можно, к сожалению, очень долго. Тут и "рок-музыканты" Андрей Макаревич* и Борис Гребенщиков*, и юный по сравнению с Аллой её муж Максим Галкин*, и "панк" Максим Покровский*, и... Имя им пока не легион, но на численность эмигрантов и их политическую активность весьма влияет безнаказанность. А безнаказанность выглядит почти абсолютной: ни Галкину*, который на радость ненавистникам России острит об СВО, ни Лайме Вайкуле (её тоже уже требовали признать иноагентом), которая рассказывает, что вместе с Пугачёвой "кормила всю страну", ничего не грозит.

Ничего не грозит и самой Пугачёвой – её как будто охраняет прошлая популярность. Она может перемещаться между Израилем и Россией, как ей нравится, – что и демонстрирует.

Но одно дело формальная безопасность – и совсем другое дело встреча с официальными лицами. Жест Пескова, возможно, уместный в мирное время, сейчас вызвал, мягко говоря, смешанные чувства у патриотов.

После таких непонятных выпадов со стороны "голоса Кремля" по отношению к "уехавшим" и осудившим страну и СВО, неудивительно, что стебутся украинские помойки...

– пишут в телеграм-каналах. Грубовато, но, видимо, справедливо.

Тут вот в чём дело. Мягкость и снисходительность к тем, кто испугался за собственную безопасность и покинул Родину, не всегда уместна, но по крайней мере простительна в мирное время. Во время специальной военной операции снисходительность к эмигрантам означает, что они "возможно, в чём-то правы". А это значит, что мы – возможно, в чём-то не правы. А как можно воевать без абсолютной уверенности в собственной правоте?

Через год после начала СВО, в ситуации тотального противостояния с Западом, когда на фронте наши бойцы совершают подвиги и гибнут каждый день, единственное верное послание со стороны власти обществу должно звучать так: "Кто не с нами, тот против нас, всё для фронта, всё для победы". Алла Пугачёва – не с нами. Нет, против неё не открыты уголовные дела, она не объявлена иноагентом, формально её никто ни в чём не обвиняет. Общественное мнение, допустим, не в счёт. Но каждому на вражеской и на нашей стороне понятно, что она – там, а не здесь. За них, а не за нас.

От власти в этой ситуации не ждёшь ничего особенного. Допустим, нет оснований для репрессий. Но не целовать рук жене иностранного агента и символу антирусской эмиграции – неужели никак было невозможно? Не подходить, не заметить.

Отойди от зла, сотворишь благо. За неимением лучших возможностей сошло бы и это. А теперь будем наблюдать, как бесы радуются: "голос Кремля склонился перед Пугачёвой". В день очередного украинского теракта.

*Внесены Минюстом России в реестр иноагентов