Беспилотники прилетают с тыла: Откровения командира "Ахмата" о "ждунах" с российскими паспортами и не только

"То, что я жив, – большое чудо"

"Соболь" скуп на рассказы о себе. Не скрывает лишь, что человек он глубоко верующий. Его мама – казачка из Ростова – была очень набожной. А война веру в "Соболе" только укрепила. У него зашито сердце. Он не говорит, когда и на какой войне получил это ранение, но уточняет, при каких обстоятельствах:

В меня 8 пуль попали. И потом ещё добивали – провернули штык-нож в сердце. В нём сквозная дырка была. То, что я выжил, – огромное чудо.

После этого чуда "Соболь" долгое время не служил. А когда началась СВО, ушёл воевать добровольцем. В 2022 году возможностей попасть на фронт было немного, одна из них – уйти добровольцем в спецназ "Ахмат". К тому же Чечня Соболю не чужая. Его отец родом из Грозного, и он мальчишкой до 11 лет туда приезжал. В Чечне до сих пор живёт его русско-чеченская родня.

Сейчас "Соболь" замкомандира отряда "Ваха" – считай, батальона: в его подчинении почти 400 человек. А начинал службу в "Ахмате" командиром взвода. И в разведку ходил, и на штурмы, и в ДРГ работал. Сперва у "Соболя", как и у многих, был заключён с "Ахматом" краткосрочный контракт. Но потом он перешёл на долгосрочный. Причину объясняет так:

Когда мы стояли под Северодонецком, противник готовил прорыв: на промзоне скопилось порядка 5 тысяч иностранных наёмников, недобитков из "Айдара"*, "Азова"*. А у нас только два батальона. Приехал "ноль первый" – командир "Ахмата" Апти Алаудинов. Построил личный состав, поговорил с нами минут 30. Потом мы начали грузиться на машины. Я смотрю, он тоже загружается. А когда и потом увидел его вместе с нами, понял, что с этим командиром я хочу служить. Впервые в жизни встретил генерала, который находился не на командном пункте, а с автоматом в окопе.

"Соболь" и Апти Алаудинов. Лисичанск. 2022 год. Фото предоставлено "Соболем"

Прорыв у противника не получился, и он откатился назад в промзону. А вскоре его выбили и оттуда. После чего были бои за Лисичанск, Рубежное и Серебрянский лес.

Война тогда была совершенно другой. Но беспилотники уже в то время представляли очень большую опасность. Если наших штурмовиков засекал украинский дрон "Мавик", из этого квадрата надо было срочно уходить, потому что его тут же накрывали миномёты.

В июне 2023 года случился пригожинский мятеж, "Вагнер" занял Ростов-на-Дону. А "Ахмат" перебросили в Аксай, что в 11 километрах от областного центра. "Соболь" тоже был там. Они готовились к уличным боям.

Слава Богу, что мы не схлестнулись. Когда пришла команда "Уезжаем назад", я перекрестился,

– говорит "Соболь".

Многие "музыканты" потом перешли в "Ахмат", стали командирами отрядов. Соболю нравится храбрость и жёсткость "вагнеров". Но не количество потерь, которые нёс "оркестр".

У нас в "Ахмате" людей берегут. Если человек в армии не служил и не имеет боевых навыков, его никто на штурм не пошлёт. Даже если он прошёл подготовку в Гудермесе в университете спецназа. Мы потом его ещё сами дообучаем. Сначала новобранец должен посидеть на позициях – привыкнуть к "птичкам". Периодически его вывозят на полигоны. Мы, командиры, за каждого "трёхсотого" объясняемся, а "двухсотый" в "Ахмате" и вовсе ЧП. Эта информация доводится до Апти Ароновича (абсолютно все ахматовцы, с кем ни поговоришь, называют Алаудинова по имени-отчеству). Генерал в курсе, при каких обстоятельствах каждый боец получил ранение или погиб. И если выяснится, что виноват командир, у того будут большие проблемы.

Курскую область атаковали натовцы

В начале июня 2024 года после попыток прорыва ВСУ в Белгородскую область "Ахмат" перебросили туда. А через два месяца – в Курскую область, где началось полномасштабное вторжение. Первыми на Курскую землю, по словам "Соболя", входили не те, кого на Украине мобилизуют на улицах, а профессионалы-натовцы – поляки, французы и украинские силы спецопераций. Там "Ахмат" понёс самые серьёзные потери за всю войну. Одно из подразделений находилось в окружении 50 суток! Но враг был остановлен. А сейчас отряды "Ахмата" уже перешли через границу и находятся в Сумской и Харьковской областях.

Отцы-командиры "Ахмата". Фото предоставлено "Соболем"

Война стала совсем другой. Таких огневых контактов, как раньше, теперь уже не бывает. Позиции отряда "Соболя" находятся от украинских на расстоянии от 200 до 800 метров.

И мы, и союзники потихонечку двигаемся. Расширяем "серую" зону. "Штурма" идут. Но реально тяжело. Если командир недостаточно грамотный, то его люди в этих штурмах будут ложиться: ребята, вроде хорошие, опытные, возьмут опорник врага, но потом прилетят беспилотники и из 40 человек останется 10-15. К примеру, сегодня одну из наших позиций атаковали 11 дронов-"камикадзе" – слава Богу, никто не пострадал. Хотелось бы, чтобы и у нас "птичек" было побольше, но чем богаты…

Противник в техническом плане быстро прогрессирует, что неудивительно – за ним стоит вся Европа. Там открываются новые заводы по производству БПЛА. На участке "Соболя" враг уже применяет дроны с искусственным интеллектом.

"Ждуны" с российскими паспортами

Ещё одна проблема заключается в том, что некоторые "птички" прилетают с тыла – их поднимают жители Белгородчины.

Хорошо было воевать в Серебрянском лесу – там враг был понятен. А здесь не всегда. Есть "ждуны" с российскими паспортами. Из наших приграничных районов до Белгорода больше 50 километров, а до Харькова – 40. Местные жители в прежние годы могли в Белгороде побывать за всю жизнь несколько раз, а в Харьков ездили постоянно – за вещами на рынок, машину починить, в ресторане посидеть. До Харькова ходили электрички. У многих там родственники.

По бумагам из белгородских приграничных сёл все люди эвакуированы, но по факту живут. И некоторые из них работают на врага.

Хорошо было воевать в Серебрянском лесу. Фото предоставлено "Соболем"

Не оставляют попыток проникновения в наш тыл вражеские ДРГ. Не так давно их отряд уничтожил две такие группы. Противник по-прежнему располагает серьёзными, подготовленными подразделениями. Хотя все украинцы, попав в трудную ситуацию, теперь, как правило, сдаются в плен. Раньше такого не было. Недавно дроноводы отряда "Ваха" помогали союзникам вывести в русский плен 9 сдавшихся вэсэушников.

Что нужно для Победы

"Соболь" считает, что России необходима новая мобилизация. Во-первых, она помогла бы "освежить" армию и даже, может быть, отпустить домой каких-то бойцов, которые воюют уже четыре года. Во-вторых, чем большего числа семей в России война коснулась бы напрямую, тем более сплочённым стал бы народ.

А сейчас я приезжаю в Москву к семье и если иду в форме, да ещё с орденами, то ловлю на себе косые взгляды исподлобья. Я свои ордена Мужества раза два всего надевал – если честно, хотел, чтобы меня сын в них увидел. Так на меня смотрели так, будто я эти ордена где-то украл. А когда мы с семьёй хотели зайти в кафе, нас туда не пустили из-за моей формы. Сказали, что у них дресс-код. Моя форма некоторым – будто укор: я им отдыхать мешаю, лишний раз напоминаю, что в стране идёт война и люди гибнут.

"Соболь" считает, что для Победы нам больше всего нужно сейчас единение. В том числе единение народов. Вся Россия, как и в Великую Отечественную войну, должна превратиться в один кулак.

В этом смысле спецназ "Ахмат" хороший пример.

Христиане и мусульмане в одном окопе

В их отряде порядка 40-50% – русские, 20-25% – чеченцы и ещё 25% – представители других, самых разных национальностей. Есть в "Ахмате" японец из Токио, в отряде "Ваха" воюет цыган из табора. Есть африканцы, таджики, узбеки. Недавно один из таких добровольцев, приехавший в Россию ещё ребёнком, узнал, что ФМС, придравшись к чему-то, лишила его гражданства. А парень к тому моменту отвоевал уже год. Но он продолжил службу. Его вопрос решался чуть ли не на уровне министра обороны.

Раз в неделю в отряд "Ваха" приезжают священники – православные батюшки и имамы из Чечни. Вместе разговаривают с бойцами. Потом  христиане и мусульмане расходятся на свои богослужения и после них опять собираются. "Соболь" рассказывает:

Бывает, приедет один батюшка, без имама, начинает разговор с русскими ребятами. Смотришь, подтягиваются человек пять чеченцев – слушают, могут задать вопрос. У нас хорошее обеспечение, и остаются продукты – крупы в мешках, супы в банках. Мы их грузим в машины и везём в один прифронтовой монастырь. Ребята-чеченцы часто просятся: "Можно, мы поедем – поможем разгрузить".

 А из уважения к мусульманам в "Ахмате" никто не положит на стол кусок сала.

В "Ахмате" батюшки и имамы проводят с бойцами совместные беседы. Фото предоставлено "Соболем"

Чеченцы подобрели

"Соболь" "по долгу службы" иногда ездит в Грозный. Бывал там не раз и до чеченской войны, и сразу после неё. Но сейчас и тогда – это совершенно разные города. То, что Грозный стал красивее, понятно. Но, по словам "Соболя", изменились и люди в Чечне. Стали намного доброжелательнее, чем раньше. Неизменным остаётся только чеченский менталитет, в том числе неприятие нынешних "европейских ценностей".

У нас в "Ахмате" тоже всё по стариночке. И слава Богу!

 – усмехается "Соболь".

Ему из Грозного всегда бывает трудно уехать. То одни зазовут "на барашка", то другие. А потом ещё на обратном пути не раз встретят бывшие сослуживцы из других кавказских республик. Дружба – самый главный урок, вынесенный "Соболем" из службы в "Ахмате".

Хорошо бы перековать умы многим людям в России. Чтобы мы жили дружно не только на передовой, но и в тылу,

 – мечтает офицер.

* Запрещённые в России террористические организации.