Андрей Ткачев: Научись молиться сам - и научи камень молиться

В перестроечные годы нашумел фильм Тенгиза Абуладзе "Покаяние". Конечные кадры этого фильма вошли в анналы. Старушка спрашивает: "Где здесь храм? Есть ли храм в конце улицы?" Ей отвечают, что нет. Она говорит: "А зачем дорога, которая не ведет к храму?" Дороги, ведущие к храму, - тема нашего сегодняшнего разговора.

Следует сказать, что храмовое творчество - это некий вид богословствования. То есть, в принципе, архитектор заставляет петь камень, бетон, дерево, арматуру, лепку, глину, гипс и прочее. Точно так же, как заставляет медь и другие сплавы человек, льющий колокол. Как заставляет петь и молиться краски и дерево иконописец.

То есть, это превращение материи в молитву. Именно с этой точки зрения храм есть религиозное творчество. Важно сказать, что в церкви Божией по всему миру нет глупого, тупого копирования. Каждый народ строит храмы по-своему. Мы приняли веру от Византии, но не стали кругом лепить византийскую архитектуру. Мы стали строить свои храмы. Многокупольные, совершенно другие, не такие, как у византийцев. У византийцев базилика крестово-купольная, храм с апсидой - и больше ничего, а у нас - многопритворные, многокупольные, самые разные! Такое творчество.

 Картина "Дорога к храму". Картина члена Союза художников России Владимира Усталова. Фото: Попов Геннадий/ТАСС

Русский человек, принявший веру, творил - и в иконе, и в пении, и в молитве, и в храмоздательстве. Это некий такой ценз нашего внутреннего, внутрихристианского творчества. При этом заметьте: наше церковное сознание считает, что ересь - это только то, что можно произнести, "ляпнуть" с кафедры. Но на самом деле ересь можно пропеть, ересь можно нарисовать, ересь можно построить.

То есть, некоторые формы церковной жизни могут быть вполне еретическими, не будучи словесными. Можно еретически нарисовать икону. Образы, не соответствующие духовному преданию православной церкви. И можно строить храмы еретической архитектуры. Какие-то звездные корабли современного дизайна, которые массово строят на Западе. И у нас есть такие потуги и позывы, чтобы нечто модерновое внести в церковное храмоздательство.

Поэтому здесь нужна догматическая грамотность, чуткость. Чуткость архитектора к теме, к богословию предмета. И нужна, конечно, глубокая погруженность в традицию - знание того, как было, зачем храм нужен, что такое храм. Отвоеванная у греха территория. Место присутствия Божия. По сути, это посольство Господа. На земле, утопающей в грехе, храм должен быть местом посольства Господня. Здесь лестница Иакова. Поднимается отсюда душа вверх. Вот это все нужно соединить со знанием практическим - с чертежами, черчением, с сопроматом, со знанием архитектурных особенностей наших, исходя из наших широт: как застывает цемент, промерзает грунт и пр.

Ректор МАРХИ Дмитрий Швидковский

Нужно объединить богословие, практические знания и архитектурную грамотность. Этим уже начали заниматься с 1 сентября в подразделении МАРХИ - на кафедре храмового зодчества, которой будет руководить ректор МАРХИ Дмитрий Швидковский. Будут приглашаться специалисты, уже прошедшие огонь, воду и медные трубы, съевшие зубы на стройке храмов деревянных и каменных в местах нашей Родины.

Это нужно для того, чтобы практические курсы начитывать будущим архитекторам и оцерковлять их сознание. И учить их не только лепить коробки, или строить всякие небоскребы, или торговые центры шарашить на окраинах наших больших мегаполисов, а учить их заставлять даже камень молиться. Научись молиться сам - и заставь камень молиться.

Так можно кратко сжать формулу храмоздательства: научись молиться сам - и научи камень молиться. Итак, среди множества информационных поводов - вот вам прекрасный повод: в МАРХИ будут преподавать храмовое зодчество. И зачем дорога, если она не ведет в храм? Абуладзе абсолютно прав.