Александр Дугин: Либералы в России - пятая колонна Запада, либо мы их, либо они нас
Смысл грядущих кадровых перестановок во власти - мобилизация, избавление от всяких пережитков либерализма
Кадровые перестановки в руководстве Госдумы и администрации президента поставили на повестку дня вопрос о политической системе России и о ее возможной реформе, отмечает философ и политолог Александр Дугин.
Давайте бросим взгляд на идеологическую эволюцию политической системы в России с начала 2000-х годов. В 1990-е годы доминирующей идеологией в России был политический либерализм. Это была позиция меньшинства не только в народе, но и в парламенте. Однако либерально-олигархические круги, добившиеся почти полного контроля над слабым и больным президентом Ельциным, несмотря ни на что, все 1990-е навязывали свою повестку дня всему обществу, напоминает политолог.
Либерализм преобладал везде. Во внешней политике - ориентация на США и атлантизм, в экономике - приватизация и шоковая терапия, в территориальном устройстве - все республики в составе России были признаны суверенными, и страна распадалась на части. Это касалось и образования, и культуры, и СМИ. Вообще всего.
Приход Путина положил этому конец. Почти сразу либерализм был урезан в целом ровно наполовину. При этом в одних сегментах общества больше, в других - меньше. Олигархи были равноудалены почти сразу. Самые одиозные из них покинули страну. Был взят курс на укрепление суверенитета - читай на независимость России от Запада - во внешней политике. Выигранная Москвой Вторая чеченская кампания и введение федеральных округов остановило распад страны.
Но в других областях, подчеркивает Дугин, - в экономике, в культуре, в образовании и в СМИ либералы сохранили свои позиции. И кое-где им удалось закрепиться довольно серьезно. Они зубами вцепились в экономический блок правительства, в образовательную систему, в СМИ и в культуру. Во время президентства Медведева они снова подняли голову и почти взяли реванш. Возвращение Путина вызвало бурю возмущения у тех, кто полагал, что вот-вот произойдет возврат в либеральные 1990-е. Но его не произошло, и Болотная рассосалась. Патриотические реформы продолжились, а последние представители олигархического клана и ельцинской семьи покинули администрацию президента, по крайней мере стратегически важное управление внутренней политики, а затем и кресла в правительстве, в частности пост вице-премьера.
Но после рывка с Крымом и начала Русской весны все снова затормозилось, указывает политолог. Конечно, никакого отката назад в 1990-е не было. Но и заметного движения вперед тоже. А между тем напряжение во внешней политике нарастало. В Сирии с США и их игиловскими марионетками мы столкнулись не на жизнь, а на смерть. И постепенно лабораторное сохранение либерального фасада в самой России - видимо, полезного для демонстрации Западу - вообще утратило всякий смысл. Россия все глубже втягивалась в решающий экзистенциальный конфликт с США и мировым глобализмом. И не замечать этого, вуалировать это обстоятельство стало просто невозможно. Теперь так: либо мы их, либо они нас.
Вот в этой точке мы сейчас - осенью 2016 года после успешных парламентских выборов - и находимся. России в скором времени просто в силу обстоятельств придется оказаться в ситуации мобилизации. Это затронет все - не только армию. Армия и так мобилизована, ведь мы уже воюем в Сирии в полном смысле этого слова. Коснется это всего общества. И здесь с пережитками либерализма, тянущимися еще с ельцинской эпохи, нам не выжить. Они полностью потеряли всякий смысл, отмечает Дугин.
Либералы - пятая колонна Запада. В условиях прямой конфронтации терпеть их в обществе на ответственных позициях - просто самоубийство. Только в этом и может состоять смысл новых политических реформ - и в администрации президента, и в правительстве, и в специальных службах. За эпоху позднесоветского разложения 1980-х и еще более ускоренного и активного либерального коллапса 1990-х в российской элите сформировался весомый и влиятельный пласт либералов-западников. Когда-то такая позиция была модой или вопросом личного выбора: хочу и буду либералом, не хочу - не буду.
Но в условиях прямой и лобовой конфронтации это звучит уже иначе: хочу и буду шпионом. Но так не пойдет. Ни в экономике, ни в образовании, ни в культуре, ни в СМИ, ни в блогосфере, ни, тем более, в государственных учреждениях. Но даже и в частном секторе. Это и там не пойдет. Хороший шпион - обезвреженный шпион. И это же справедливо для определения хорошего либерала. Если раньше проведение патриотических реформ было делом свободного решения политического руководства страны, то сегодня это уже просто вопрос безопасности и обороны. Медлить с этим далее - бессмысленно и крайне опасно, указывает в заключение Дугин.