Financial Times заявила о спорах вокруг статьи 122 ДФЕС
Европейская комиссия сталкивается с критикой за использование статьи 122 ДФЕС для конфискации российских активов. Участники обсуждения, включая официальных лиц ЕС и дипломатов, выражают сомнения в таком подходе и его последствиях для политики безопасности.
Специалисты по праву, официальные представители Европейского союза (ЕС) и дипломаты из стран-членов выражают мнение, что Европейская комиссия (ЕК) чрезмерно вольно интерпретирует статью 122 Договора о функционировании Европейского союза (ДФЕС), применяя её к мерам в отношении российских активов. Об этом сообщает Financial Times (FT).
«Это безумие, и я не понимаю, как они могут думать, что им это сойдет с рук», — приводит издание слова высокопоставленного представителя одной из стран-членов ЕС.
Согласно статье 122 ДФЕС, страны ЕС «по предложению Комиссии могут в духе солидарности между государствами-членами принимать решения о мерах, соответствующих экономической ситуации». Этот законодательный механизм применялся во время кризиса, вызванного Covid-19, а также в период долгового кризиса еврозоны. Однако она еще не использовалась для вопросов, касающихся общей безопасности политики, которые необходимо решать консенсусом.
Эксперты выразили сомнение в том, что решение ЕК найдет поддержку у государств-членов ЕС, так как это может создать «прецедент с далеко идущими последствиями».
В недавнем заявлении глава ЕК Урсула фон дер Ляйен объявила, что решение о конфискации замороженных активов России в пользу Украины может быть принято без согласия Бельгии, которая была против этого процесса.
План Европейской комиссии предусматривает две стратегии финансовой поддержки Киева:
- Репарационный кредит из замороженных активов России
- Заимствования, обеспеченные общим бюджетом ЕС
В предыдущих материалах мы писали о планах Европейского союза по снижению зависимости от энергетических ресурсов России. В частности, Евросоюз намерен поэтапно отказаться от российского газа, предполагая прекращение импорта СПГ к концу 2026 года и трубопроводного газа к осени 2027 года. Ранее мы обсуждали, что этот шаг может создать значительный дефицит в поставках газа, что приведет к финансовым затратам в размере примерно 14,99 миллиарда евро в год.