Запад готовит жёсткий ход. И России будет нечем крыть: Тревожные расчёты Глазьева

Еврокомиссия предлагает выдать репарационный кредит Украине, обеспеченный замороженными валютными резервами России, под обязательства всех стран ЕС. Бельгия пока упорно сопротивляется этому шагу, но дискуссия не утихает. Между тем глава киевского режима Владимир Зеленский, по данным Reuters, судя по всему, считает вопрос решённым и добивается безраздельного контроля над средствами, которые могут быть конфискованы у Москвы.

Экономический обозреватель "Первого русского" Юрий Пронько предположил в программе "Царьград. Главное", что в случае окончательного изъятия этих денег со стороны России последуют ответные меры - будут блокироваться активы западных компаний, в чём Брюссель, вероятно, не вполне отдаёт себе отчёт. Он обсудил перспективы с политиком Олегом Царёвым.

Олег Царёв. Фото: Царьград

"Всё будут решать деньги"

Запад готовит жёсткий ход. И России будет нечем крыть - компенсировать все 300 млрд долларов путём зеркальных контрсанкций не удастся, считает эксперт. Он привёл тревожные расчёты академика РАН Сергея Глазьева:

Когда только началась СВО, я приехал из-под Киева в Российскую академию наук. Я зашёл к академику Глазьеву и взял расчёты количества активов, у него на столе нашёл, потому что эта тема самая насущная. Все понимали, что в конечном счёте всё будут решать деньги. И там было около 600 миллиардов зарубежных активов на территории России. Но смотрите: две трети из этих активов - это были наши же деньги, российские, выведенные в офшоры и заведённые в страну в виде инвестиций. И именно по этой причине было такое жёсткое сопротивление наших бизнес- и политических элит тому, чтобы мы наложили ответный арест сразу же.

Позже с разрешения Минфина были созданы счета типа С. Но "самые вкусные" активы, действительно зарубежные, выводились - их иностранным владельцам удавалось получить разрешение и спокойно покинуть нашу юрисдикцию.

Притом не через счета типа С. И если вы сейчас сложите все оставшиеся в России иностранные активы, у нас никоим образом не наберётся адекватная сумма, которую можно было бы арестовать, чтобы мы могли компенсировать свои заблокированные резервы. Я знаю, что многие сейчас говорят: легко, мол, наберём, запросто. Слушайте, мы сейчас на счетах типа С собрали сколько? Никто не пишет, но есть утечки: от 20 до 30 млрд долларов. За всё время. Где мы соберём такую сумму, 300 миллиардов долларов, чтобы компенсировать? Если мы четыре года потоком выводили зарубежные активы из России мимо счетов типа С…

- подытожил собеседник Царьграда.

Сергей Глазьев. Фото: Maksim Konstantinov/Globallookpress

"Бумага всё стерпит. Интернет тоже"

Ранее экономист Владимир Рожанковский в разговоре с экономическим обозревателем Царьграда Юрием Пронько с улыбкой отреагировал на то, что глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен по образованию является медицинским работником, но при этом на высоком уровне обсуждает вопросы из сферы инвестбанкинга:

Конечно, бумага всё стерпит. И интернет тоже. Но интересно, она задаётся вопросом, как она в целом выглядит перед людьми, которые всю жизнь занимаются финансами? Наверное, нет. Потому что идёт очень много словесного мусора.

Владимир Рожанковский. Фото: Царьград

Эксперт отметил, что у Евросоюза есть два варианта: экспроприация русских активов либо их использование в качестве залога. Но проблема в том, что арестованные активы невозможно использовать как залог, для этого они должны быть сначала выпущены из-под ареста.

Но в момент, когда активы выпускают из-под ареста, они фактически становятся оправданными. Евросоюз не может нанести сразу два вида ущерба. Они должны выбрать один из двух. Если актив арестован, значит, это указывает на то, что страна-владелец совершила какое-то преступное действие. Но если эти активы освобождены из-под ареста, то это автоматически оправдывает эту страну, подразумевает, что есть разные трактовки того, что было совершено. По-другому их нельзя использовать. Вы понимаете, это примерно то же самое, как когда барон Мюнхгаузен себя за парик из болота вытаскивал. То есть попробовать, конечно, можно, но не факт, что получится,

- подытожил Рожанковский.