"Салют-7": Как создавался легендарный фильм

Юлия Мишкинене, кинопродюсер, кандидат философских наук в эфире программы «Обратная связь» расскажет, как проходили съемки основанного на реальных событиях драмы «Салют - 7» и с какими сложностями пришлось столкнуться создателям фильма на съёмочной площадке. Также она пояснит, насколько, по меркам кино, удалось приблизить картину к реальности, трудно ли было создать эффект невесомости и как отнеслись к ленте космонавты Владимир Джанибеков и Виктор Савиных, ставшие прототипами главных героев фильма.

Олеся Лосева. Это «Обратная связь». Сегодня у нас в гостях продюсер, основатель и руководитель кинокомпании Vita Aktiva, кандидат философских наук Юлия Мишкинене. Здравствуйте, Юлия Борисовна.

Юлия Мишкинене. Здравствуйте.

О.Л.: Спасибо, что пришли. Благодаря вам и фильму «Салют-7», мы узнали об уникальной спасательной операции в космосе в 1985 году. Согласитесь, что до недавнего времени кино про космос не было столь актуально, сколь оно стало сейчас. Как вы считаете, с чем это связано?

Ю.М.: Мне кажется, что кино про космос, во всяком случае фантастические вещи, они были довольно-таки популярны в конце 1970-х – начале 1980-х годов, как раз в моем юношеском возрасте. Тогда это было связано с научно-техническим прогрессом. Казалось, что еще чуть-чуть,  и мы полетим не только в космос, но и в другие галактики. Конечно, все дети в Советском Союзе бредили космосом и космическими экспедициями. Что касается современного российского кино, мне кажется, существовал недостаток технической базы для космических фильмов. И, как только эта техническая база появилась, то сразу же стали снимать фильмы про космос.

О.Л.: Они нас буквально захлестнули. Один за другим выходят и фильмы, и сериалы, и люди начинают проникаться космосом, благодаря кино. А как вообще родилась идея фильма «Салют-7»?

Ю.М. Мне кажется, такой всплеск популярности случился после фильмов «Гравитация» и «Интерстеллар», когда люди, которые занимаются кино и хотели бы сделать фильм о космосе, поняли, что это не только возможно, но и привлекает зрителей. Это интересно. В какой-то степени наш ответ «Гравитации» многие хотели сделать.

Первые идеи о фильме «Салют-7»  появились еще лет пять назад, это был год 2013-й, наверное, когда авторы, режиссеры, с которыми мы тогда работали, Наташа Меркулова и Алексей Чупов, принесли идею этого фильма.

О.Л.: Не казалось это тогда какой-то авантюрой, в 2013-м?

Ю.М.: Это было безумно авантюрным. А им эту идею подсказал Алексей Самолетов, известный журналист, который как раз занимается авиацией, космосом. Он тогда делал документальный фильм, который назывался «Битва за «Салют»». Фильм был такой неоднозначный, но довольно-таки интересный. Его, кстати, можно найти в интернете. К выпуску нашего фильма «Салют-7» канал «Россия» сделал еще раз фильм об этой спасательной экспедиции.

О.Л.: Уже документальный, да?

Ю.М.: Да, документальный. С какими-то новыми историями.

О.Л. Интересно понять, где правда, а где вымысел. Понятно, что в документальном фильме мы увидим более правдивые и реальные вещи, нежели в кино. Потому что даже непосредственно герои этой спасательной операции, космонавты Джанибеков и Савиных, они же несколько критично подошли  к этой ленте. Не могли воспринять нормально то, что есть какой-то элемент вымысла. Все-таки это сценарий, это подгонка под зрителя. Там невозможно понять, где вымысел.

Ю.М.: На самом деле, мы очень плотно общались с нашими прототипами, с космонавтами Владимиром Джанибековым и Виктором Савиных. Я еще хочу сказать, что в 1985 году много политических событий произошло в Советском Союзе, и не только. Все очень внимательно следили за этой экспедицией. Она освещалась, во всяком случае, в новостях о ней было известно. И нужно сказать, что Владимир Джанибеков на тот момент был практически секс-символом Советского Союза. Был очень популярным человеком.  Он к тому времени, уже три раза побывал в космосе, был дважды Героем Советского Союза. К тому же был очень красивым, интересным мужчиной. Этот момент тоже привлекал внимание к экспедиции. Для нас, когда мы начали работать над этим фильмом, важно найти такого актера, который бы отражал ту харизму, которая была у Владимира Александровича. Что касается фильма, мы с самого начала начали общаться с Джанибековым. Он дружил с Самолетовым, с тем, который делал документальный фильм «Битва за «Салют»». Он нас познакомил. И Джанибеков активно принял участие в подготовке к фильму, показывал нам свой архив, фотоархив, много рассказывал, у нас сохранилось несколько записей интервью с ним. А потом мы уже начали общаться с Савиных.

О.Л.: То есть, они фактически консультировали вас?

Ю.М.: Консультировали. У Савиных есть книга, которая называется «Записки с мертвой станции». И мы на ее основе тоже очень много технических вещей делали. Потому что, конечно, в сценарии о космосе важна не только драматургия, но и какие-то технические особенности этой экспедиции, которые нужно было изучить. Что касается подлинности- не подлинности… Мы общались с космонавтами по отдельности, и ни разу не общались с ними вместе. И во время этих разговоров мы заметили, что многие вещи они воспринимают по-разному. То есть, на самом деле, столько времени уже прошло, они столько раз уже об этом рассказывали. И что-то там можно было в начале рассказывать, в что-то нельзя. Возникли версии событий. На самом деле, стопроцентно сказать, как все было на самом деле и что является правдой, тоже было сложно.

Что касается фильма, мы, конечно, делали это как художественное кино, и поэтому специально поменяли фамилии наших героев, для того чтобы показать, что все-таки это художественное произведение. Мы, например, какие-то вещи изменили в том, что касается их личной жизни. Потому что понятно, нам нужно было сделать драматургию. Хотя я уверена, что по драматургии их жизнь гораздо более богатая, чем они нам рассказывали и даже то, что мы показали в кино. Но, тем не менее, мы чуть-чуть затронули то, что у них были жены и дети.

О.Л.: Что их на Земле ждут?

Ю.М.: Что их на Земле ждут. У Джанибекова, например, на тот момент были уже  две дочери. А у Савиных тогда жена не была беременна, у нее уже был ребенок ко времени экспедиции. Такие вещи и поменяли. Что касается самих техники, на станции в космосе происходили всякие разные вещи.

О.Л.: Какие? Вот что интересного вы узнали и можете поделиться с нами, что осталось за кадром?

Ю.М.: Я очень внимательно, единственная из всей нашей группы, прочитала все форумы и комментарии, которые были в Сети. Я видела, как многие люди говорили, что они придумали, такого не могло быть. Не могли космонавты пронести водку, они не могли курить на борту, там не было тараканов, не было пожара, и так далее. Но, на самом деле, все эти вещи происходили в космосе. Они, может быть, не все происходили именно в этой экспедиции…

О.Л.: И тараканы были?

Ю.М. Да, был таракан в одной из экспедиций, были мухи. Были экспедиции, в которых специально возили всяких насекомых с Земли, чтобы посмотреть, как они будут себя вести. На самом деле, все эти события так или иначе происходили в космосе, и мы просто их аккумулировали в одной экспедиции.

Ну, и самая, конечно, большая критика, в том числе, с точки зрения Савиных, у нас была по поводу финала. Потому что он с самого начала был против того, чтобы финал был такой, как у нас космонавты отбивают датчик, из-за которого произошло замораживание солнечной батареи, с помощью кувалды. Савиных был против кувалды. Он говорит, что это прямо какая-то отсылка к «Армагеддону».

О.Л.: Кувалды, на самом деле, не было?

Ю.М.: Кувалда у них в космосе есть.

О.Л.: Нет, вот именно этой сцены в реальной жизни не было?

Ю.М.: Там, конечно, было все сложнее и менее кинематографично. То есть чтобы это сделать, была применена физическая сила, они с помощью каких-то тросов там всё тянули. И просто мы сделали это так, как для кино интереснее.

О.Л.: А Джанибеков и Савиных, когда с вами общались, они говорили о том, что им было страшно, о чем они думали, с какими мыслями они отправлялись в тот полет, который мог стать последним в их жизни?

Ю.М.: Космонавты, с моей точки зрения, вообще, - особые люди. Мне кажется, что они, в какой-то степени, сверхчеловеки. Потому что люди, которых  набирали в отряд космонавтов, обладали очень многими достоинствами. Во-первых, у них было великолепное здоровье. Хотя Джанибеков говорил, что у него были проблемы со здоровьем, но он их смог преодолеть на стадии подготовки к космосу. С точки зрения интеллектуальной, они были почти как доктора наук или академики. И у них очень хорошая нервная система. То есть, их специально и готовили, и проверяли.

Они никогда, конечно, не скажут, что им было страшно. Джанибеков вообще всегда говорил: а про что делать кино? Ну, слетали в космос, что здесь такого? Обычная работа. То есть, у них такой подход к этому.

Мы, например, во время подготовки специально сделали тренировочный полет. Наши актеры, которые играют космонавтов, Владимир Вдовиченков и Павел Деревянко, они…

О.Л.: А почему именно на них остановлен был выбор?

Ю.М.: Сейчас я скажу. Мы специально отправили их в полет, который имитирует невесомость. Есть Ил, на котором происходят эти тренировки. Они вместе с режиссером  Климом Шипенко летали. Десять раз самолет падает, и во время этого падения происходит эффект невесомости. Он длится несколько секунд, но там реально люди летают по самолету.

О.Л.: Они прямо без подготовки полетели?

Ю.М.: До этого немножко готовились. Все-таки у нас они несколько месяцев ходили в тренажерный зал, висели на всяких лонжах и подвесах. Подготовки не было, но это специально было сделано для того, чтобы они почувствовали, что такое невесомость. Володя и Павел говорили, что они чуть не умерли в этом полете. Потому что им было настолько плохо. Причем, Павел говорил, что ему было плохо уже после второго падения. А всего падений было 10. Он как-то уже распрощался с жизнью. Это говорит о том, что, на самом деле, даже такой простой полет – он сложный физически. А им не только нужно было на орбите находиться довольно-таки долгое время, но еще и работать, чинить станцию, и так далее. После этого актёры поняли, что это такое. Совсем по-другому и к съемкам стали относиться. Они поняли, что невероятно сложно просто находиться в космическом полете, не только осуществлять какие-то действия.

Очень важный вопрос был, кто будет играть главную роль. Мы все-таки с самого начала хотели делать зрительское кино, чтобы как можно больше людей этот фильм посмотрели. И поэтому мы ориентировались на известных актеров.

О.Л.: А добиться сходства с реальными героями хотели?

Ю.М.: У нас не было такой основной задачи, чтобы они были похожи. Но, тем не менее, так получилось, что, например, Павел Деревянко очень похож на Виктора Савиных. Если взять фотографии Савиных в молодости, именно в том возрасте, в котором он летал, то они очень похожи. Это даже сам Савиных говорил. Он смотрел на Пашины фотографии и говорил: ну, надо же, как подобрали актера.

Что касается Вдовиченкова, то здесь не было такого прямого сходства. Но, мне кажется, с точки зрения какой-то мужской стати, он похож. И мне нравится, что наши актеры находятся практически в том же возрасте, как и наши герои в 1985-м. Мы их не молодили, не старили.

На самом деле, круг актеров, из которых можно выбрать героев, не такой большой. К тому же актеры должны были быть все-таки известные. Во-вторых…

О.Л.: То есть, ставка делается на известных актеров, чтобы фильм имел успех?

Ю.М.: Да, мы все-таки хотели, чтобы они были известны. Потому что, если к 40 годам актер неизвестный, значит, что-то происходит. Нет, бывает, выстреливают актеры, которые в  региональных театрах сидят. Но у них тогда, может быть, не будет такой физической подготовки, какая была у наших ребят. Здесь должно было быть сочетание многих качеств. Если у человека есть такие качества, то он становится известным актером. Это уже взаимовлияющие вещи. А если они известные – нужно им освободить графики таким образом, чтобы мы не зависели в съемках от их каких-то других съемок, или зависели, но не так сильно. Это целый процесс согласования. У нас долго съемки были практически 90 дней.

О.Л.: Без перерыва, прямо 90 дней?

Ю.М.: У нас были перерывы. Мы, в общей сложности, снимали фильм порядка, наверное, восьми месяцев. Потому что у нас были сложные декорации. Каждый раз нужно было готовиться еще к новому съемочному этапу. …У нас разные времена года. Мы вышли, например, в съемочный процесс в октябре 2015 года, для того чтобы захватить осень. Мы очень хотели, чтобы у нас была золотая осень в кадре.

О.Л.: Осень красивая в фильме.

Ю.М.: Да, она красиво получилась. Мне кажется…

О.Л.: Особенно лодка, речка, эти листья красочные.

Ю.М. Дорога, где машина крутится. Мы торопились очень выйти в октябре в съемочный процесс. Дальше у нас был перерыв, мы готовились, строили декорации, павильон и вышли уже в январе, в павильон, где начали снимать невесомость. У нас было очень много земных съемок, но они, к сожалению, не все вошли в окончательный монтаж фильма. У нас были потрясающие выстроены декорации, мне кажется.

О.Л.: Вообще, отснятого материала хватило бы на сколько серий?

Ю.М.: Я думаю, хватило бы часа на три.

О.Л.: То есть, много не вошло.

Ю.М.: Многое не вошло. Когда снимаешь фильм, никогда не знаешь, как там дальше все сложится в единую киноленту. Однако всё, что касается космоса, вошло в окончательный монтаж. А у нас достаточно много было еще земных историй. Были более развитые, что ли, взаимоотношения между героями. У нас есть космонавт Лазарева, которую играет Фандера, ее взаимоотношения с главным героем. Потом, когда уже начали монтировать фильм, мы поняли, что эти вещи отвлекают от основной цели. Все-таки основная цель у нас посвящена космической экспедиции и починке станции, самой этой катастрофе. И слишком долгая земная преамбула как бы немножко замедляет действие. Поэтому было решено по максимуму этот эпизод сократить.

О.Л.: Задача, миссия фильма, в чем заключается, на ваш взгляд? Цель понятна – показать катастрофу. Но что, по вашему мнению, в итоге должен вынести зритель? Просто понять, что была эта ситуация? Или же создатели ленты что-то более глубокое вкладывали в эту картину.

Ю.М.: Для меня этот фильм о русских мужчинах, о том, какие они. О том, что они могут быть и трогательными, и даже слабыми. И они, может быть, не такие нежные, внимательные, какими бы мы хотели их видеть. Но, когда доходит до дела, они берутся и спасают не только свои семьи, но даже мир могут спасти. Во всяком случае, для меня этот фильм об этом.

О.Л.: Я прочитала, что есть такая критика в отношении русофобии. Что в фильме прослеживается русофобия. Потому что руководство Центра управления полетами представили такими жестокими бессердечными людьми, которые готовы на уничтожение героев-космонавтов ради спасения планеты. И те же самые Джанибеков и Савиных говорят, что этого не было. На ваш взгляд, имеет место русофобский взгляд, почему именно такое отношение было выбрано руководства Центра управления полетами для съемок? И насколько патриотичной получилась картина?

Ю.М.: Там речь идет о государстве, у которого всегда есть свои интересы, и эти интересы часто бывают шире, чем судьба какого-то конкретного человека. А дело конкретного человека – уже бороться с этой государственной машиной. Мне кажется, что в этой нашей истории как раз показана та борьба между машиной и личностью, где личность побеждает. Потому что в результате все равно нашим героям удалось победить эту машину. Они ее преодолели, они показали, что их интеллект, их ум, их воля сильнее, чем любые действия со стороны механизма, Большого Левиафана, как сказал бы Гоббс. Здесь нет русофобии. У нас понятно, что сама традиция участия государства в судьбе человека  немножко другая, чем, например, в американских фильмах. Потому что там есть традиция, что государство вникает в жизнь индивидуума и его жизнь всегда выше, чем государство. Но на деле и там, и там есть какая-то другая середина. И, на самом деле, я не думаю, что там все происходит, как показано в кино.

О.Л.: На самом деле, интересно, было ли сближение с американским шаттлом? Вот эта встреча была, или это тоже вымысел? Много таких вопросов возникает после просмотра ленты.

Ю.М.: Да. То, что там в этот момент американский шаттл взлетал – это да. То, что он был таких размеров – это да, это было. Была одна из версий, что американцы могут заинтересоваться нашей станцией…

О.Л.: Вести ее.

Ю.М.: Да, такая версия тоже была. То есть, это правда. Другое дело, что на самом ли деле они этого хотели или нет? То, что было космическое противостояние между Россией и США – это правда. Например, в Вашингтоне даже есть музей, посвященный космическому противостоянию США и СССР. И это все признают. А мы, наоборот, хотели показать это как символический жест, что в космосе нет политики. И об этом говорил Джанибеков. Мы сделали такой ему привет, на самом деле.

О.Л.: Ну, да, когда из шаттла американские астронавты машут им ручкой, приветствуют.

Ю.М.: Многие это посчитали, что это какой-то трэш … Но для нас это был уже символический акт. То, что космнавт кувалдой исправляет корабль, отбивает этот датчик. Это такой сказочный финал, немножко Илья Муромец. Поэтому здесь в таком формате возможно помахать рукой американскому шаттлу, сказать, что, ребята, мы здесь, мы с вами…

О.Л.: Да, летите дальше.

Ю.М.: Мы с вами не воюем, мы коллеги. Здесь так было.

О.Л.: А как в реальности удалось добиться этого эффекта невесомости.

Ю.М.: Ой, это была целая история, на самом деле. Когда мы начинали этот фильм, в 2013 году получили первый вариант сценария от Наташи Меркуловой и Алексея Чупова, и мне казалось, что это невозможно. Или это будет стоить каких-то невероятных денег… Например, бюджет фильма «Гравитация» - 100 миллионов долларов. Для российского кино это невозможные деньги. Таких денег в кино еще не было. И нет таких технологий. Потом, когда мы начали делать фильм в 2014 году, Сергей Михайлович Сельянов - наш основной продюсер, менеджер, рискнул и сказал: давайте будем готовиться. Тогда еще произошли события в Крыму, сразу наступил экономический кризис, поднялись курсы доллара и евро. И какие-то вещи, которые можно было бы заказать за границей, стали уже дорогими, и нужно было ориентироваться исключительно на свои силы. Тогда наш «Леонардо да Винчи» - Сергей Валентинович Астахов, человек, который стал оператором-постановщиком космической части, сказал: я придумаю всю систему невесомости.

О.Л.: В эти моменты включается голова.

Ю.М.: И он практически, как Левша, придумал всю эту систему. Если бы вы видели… На самом деле, у нас есть страница в Facebook, которая так и называется «Салют-7». Туда мы выкладывали все так называемые «кин-офф» нашего фильма. Там есть все эти лебедки, тросы, все системы невесомости, которые придумал Астахов. Они там есть, можно посмотреть.

О.Л.: Вы на себе не пробовали их?

Ю.М.: Нет. Мы не пробовали. А только режиссер, он это тоже пробовал на себе. А так, у нас на каждый съемочный день, сначала всю систему проходили каскадеры, Каскадеров тоже много было. Они каждый раз это делали…

О.Л.: То есть, не все трюки, не все эпизоды…

Ю.М.: Нет, ребята это сами делали. Но сначала всё проходили каскадеры, а потом уже ребята. И поэтому каждый день довольно-таки много времени тратилось на съемку, во всяком случае, космической части. Но это был интересный процесс. И, что нам его удалось запечатлеть в наших видео о съемках. Их можно посмотреть.

О.Л.: На ваш взгляд, после фильма что-то изменилось в сознании подрастающего поколения? Когда я росла, все мальчики хотели стать летчиками-космонавтами. Потом резко тенденция изменилась, все хотели стать бизнесменами, сейчас программистами. Фильмы о космосе как-то способствуют изменению менталитета подросткового поколения, хотят ли больше подростков теперь стать космонавтами, отдать долг Родине? Ведь это же и долг Родине, в том числе, это патриотизм.

Ю.М.: Ну, честно говоря, мне сложно сказать. Наверное, да, многие подростки, дети моих друзей, которые смотрели фильм, говорили, что им это интересно. С другой стороны, мне кажется, у них настолько сейчас другой мир, они могут заглянуть с помощью интернета в любой уголок Вселенной и земного шара. Они вообще, мне кажется, немножко сами живут, как в космосе. Постоянно пребывают в каком-то виртуальном пространстве. И не уверена, что они сами хотят все это пощупать, как было раньше. То, что им это интересно смотреть, конечно, да. А вот хотят ли они сами полететь – мне сложно сказать.

О.Л.: Сегодня 12 апреля. Юлия Борисовна, вы, наверное, после таких съемок чувствуете себя частью космоса, в том числе. Вы общались с космонавтами. Как бы вы хотели поздравить людей, которые причастны к созданию космической инфраструктуры? Что теперь космос для вас, после того как вы в него фактически погрузились?

Ю.М.: Премьера фильма «Салют-7» была в Кремлевском Дворце съездов 4 октября 2017 года. И это был день 60-летия начала космической эры. Потому что считается во всем мире, не только в России, что космическая эра началась с полета спутника 4 октября 1957 года. Представляете, мы пришли на премьеру – и весь зал Кремлевского дворца, там несколько тысяч человек помещается, это были люди, которые связаны с космосом. Они смотрели фильм, и мы видели их реакции, тех людей, которые рядом с нами сидели. Мы видели, что им нравилось кино. И это был какое-то необыкновенное ощущение, что ты сидишь с ними в одном зале, и вот они занимаются такими вещами. Конечно, мне кажется, что их надо поддерживать всячески, сохранять и отмечать их усилия. Я думаю, что космос – это территория не войны, а территория сотрудничества. И мне кажется, что чем больше у нас будет космоса, тем больше будет сотрудничества нашей страны с другими странами. Я так надеюсь, и я вот хотела бы, чтобы так было.

О.Л.:Вы сами бы в космос хотели полететь?

Ю.М.: У меня, кстати, за несколько дней перед премьерой был очень странный сон. Было ощущение, как будто я лечу в капсуле, меня посадили в эту капсулу и запустили в космическое пространство.

О.Л.: Так и произошло, получается.

Ю.М.: У меня было полное ощущение оторванности от Земли, что я где-то нахожусь в безвоздушном пространстве. И было очень странное ощущение. То есть, практически я уже побывала в космосе во сне. Я не уверена, что хочу прямо в космос. Но, если бы мне пришлось полететь, я бы это сделала с удовольствием. К космосу полностью готов наш режиссер Клим Шипенко. Потому что оказалось, что у него прекрасное здоровье, прекрасный вестибулярный аппарат, и он по всем параметрам просто может уже работать в космическом отряде. И очень хочет. Так что, если вдруг когда-нибудь будет какой-нибудь полет, запуск с режиссером на борту, то, мне кажется, он может полететь в космос.

О.Л.: Спасибо вам большое, Юлия Борисовна, за столь интересный разговор. Поздравляю всех с Днем космонавтики.

Ю.М.: Я тоже всех поздравляю с Днем космонавтики.

О.Л.: Да, это поистине такой очень, я бы сказала, мощная такая дата. Это вот настоящий праздник. Я напомню, что сегодня у нас в гостях была продюсер, основатель и руководитель кинокомпании Vita Aktiva, кандидат философских наук Юлия Мишкинене.

Ю.М.: Спасибо.

Подписывайтесь на канал "Царьград" в Яндекс.Дзен
и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.

Читайте также:

Уничтожить здоровье: Жадность, кумовство и коррупция в Орловской области
Загрузка...
Загрузка...

Пресс-конференция Владимира Путина. Острые вопросы и итоги саммита Россия-США
В прямом эфире: