сегодня: 20/10
Святой дня
Мученики Сергий и Вакх

Почему Брюссель? Часть II

Почему Брюссель? Часть II

Противоядие от захвата Европы джихадистами есть. Но способны ли в ЕС им воспользоваться?

В первой части материала автор рассказал, почему громкие теракты в столице Бельгии, штабном центре НАТО и Евросоюза, не могли не произойти. Теперь мы предлагаем читателю мысли о том, как можно выйти из создавшейся в Европе ситуации.       

Итак, с роковым русским вопросом "кто виноват?" мы с грехом пополам разобрались. Историческая предопределенность, отсутствие единой власти, социальный романтизм, благие леволиберальные намерения, которыми вымощена дорога в нынешний ад. В этом коктейле намешано столько ингредиентов, что уже не разобрать, какой важнее, а какой второстепенный.   

Но что же делать? Смотреть и дальше, как в самом сердце Европы прорастает нечто, что не является Европой ни в каком отношении? Уповать на то, что как-то оно само собой рассосется? Молиться, что раз уж все равно рванет, то пусть хотя бы в соседнем вагоне?

Рецепты, которые сегодня во множестве плодит интернет, сводятся в итоге к одному тезису: держать и не пущать. Чем дальше эксперт от Брюсселя, тем очевиднее кажется ему такое решение. Чем ближе - тем сомнительнее. Сами брюссельцы, на каком бы языке они ни говорили и к какой бы общине ни принадлежали, зная реальное положение дел, во все эти дискуссии даже не вступают.

Так неужели нет такой силы в современной Европе, которая способна остановить чуму религиозного фанатизма? Я думаю, есть. И, как ни странно, первыми поняли это сами исламские экстремисты. Поняли - и начали действовать. Умно и эффективно.

БОРЬБА ЗА СЕРУЮ ЗОНУ

Это та сила, которую они называют zone grise, - "серая зона". Радикалы вступили в борьбу за эту таинственную зону, пока другие только выясняли, есть ли она в природе и что собой представляет.

Что же такое zone grise? Так на языке проповедников радикальных исламистских идей называются мусульмане, до поры не определившиеся в своем выборе. То ли им примкнуть к радикалам, то ли влачить мирную жизнь обывателя. Представитель этой зоны и сам не знает, какой путь выбрать, какими критериями руководствоваться, чего хотеть.

И однажды в мечети или на собрании единоверцев, да хоть бы и в соседней кофейне, он слышит такие слова: "Брат! Посмотри вокруг. Кто ты? Говоришь, бельгиец? Но нашел ли ты работу, о которой мечтал? Отдал ли детей в частную школу? Нет, они ходят в муниципальную - и радуйся, если хотя бы научатся читать. А в чем причина, брат? В том, что ты - человек второго сорта. Никто тебя не признает за равного. Помнишь, в детстве ты мечтал стать полицейским? Ну что, видел хоть одного полицейского-араба? А жизнь, брат, одна. И для того ли тебя создал Аллах, чтобы ты прожил ее человеком второго сорта? Подумай об этом на досуге, которого у тебя много..."

Что человеку из серой зоны могут сказать те, кто попытается его в этой зоне удержать (если даже предположить такую фантастическую сцену)? "Пособие получил? Ну, будь доволен". Это и есть питательная среда, где ловцы радикальных душ вылавливают свой улов. Современная Европа устроена в точном соответствии со старым, времен апартеида, анекдотом.

Южная Африка. Патер читает проповедь школьникам:

"Дети мои! Все мы - возлюбленные чада Господа нашего, созданы по образу Его и подобию, равны перед Ним. Нет ни эллина ни иудея. Аминь. А теперь садимся в школьный автобус: белые слева, черные справа".

Выход один - выбраться из координат этого анекдота.

Но куда?

Направление, как это ни парадоксально, одно - назад в Европу. В Европу, которую мы потеряли.

Вижу скептические гримасы: "Кто это "мы"? Как это потеряли?"

Отвечаю. Мы - европейцы, в том числе русские (под русскими имеется в виду не этническая, но социокультурная общность). Мы, русские - неотъемлемая часть европейского космоса. Стена, которую возвели между нами и остальным европейским миром, непременно рухнет. Идея, что Европа заканчивается у пограничного столба, а Петербург или Москва (и Белград, и, между прочим, Стамбул) - это уже какой-то иной мир, - очень комфортная для нынешней генерации европейских политиков, этих садовых гномов, вообразивших себя титанами. Но не для нас.

"Русскому Европа так же драгоценна, как Россия: каждый камень в ней мил и дорог"Федор Михайлович Достоевский. Не самый страстный из наших европоманов.

ШТУРВАЛ У БЮРОКРАТОВ  

Сегодняшним миром правят бюрократы. Они пытались устроить его под себя, и им это почти удалось. Единственное, что объединяет жителей многострадального Брюсселя, вне зависимости от общин, коммун, цвета кожи и социального положения, - ненависть к чиновникам и сотрудникам Евросоюза. Фантастические зарплаты, льготы, которые не снились несчастным мастодонтам из брежневского политбюро, отсутствие хоть какого-то контроля - эти никому не известные "комиссары" и решают, где Европе быть, где не быть, кого европейцем считать, а кому в этом праве отказать.   

В мегалитических билдингах района Шуманн бурлит жизнь. Что за комиссия, создатель? Как что? Еврокомиссия: регулирует минимальную длину огурцов и максимальную температуру в печи для пиццы (Неаполь был на грани бунта - Брюссель разрешил температуру поднять). А в километре от сияющего царства бюрократии - районы, в которых от Европы остались разве что облупившиеся фасады: местами Африка, местами Азия - сплошная zone grise, серая зона. И теперь здесь взрываются бомбы.

Европу не погубили ни чума, ни война. Но потом за дело взялись бюрократы - и, кажется, они близки к успеху. Погуляйте по Брюсселю пару часов, посидите в кафе (только не на Гран Пляс, а в Моленбеке - там кофе лучше и дешевле) - и вряд ли станете спорить с этим тезисом. Чтобы спастись, следует сначала признать, что тонем. Признать, что проект в его нынешнем виде провалился.

Европа может быть или великой, или никакой. Если смотреть на нее глазами жителя коммуны Моленбек, она, конечно, никакая. Сплошная серая зона с вкраплениями "гетто наоборот". Бюрократы из квартала Шуманн учли, кажется, все (включая длину огурцов), но одно все-таки упустили из виду. Каждому человеку нужна мечта. И житель коммуны Моленбек - не исключение. При Траяне варварские племена мечтали о том, чтобы стать гражданами империи. Рим процветал и прирастал территориями. При Гонории римское гражданство уже никого не прельщало. Готы захватили и разграбили Вечный город. Их больше не удовлетворял ни статус граждан империи (правда, второго сорта), ни размер контрибуции.

КОНТРИБУЦИЯ НЕ СПАСЕТ

Увы, Европой сегодня снова правят Гонории. Нынешним готам, сарматам и вандалам предложить им нечего. Кроме контрибуции. Что, как показывает история, если и является гарантией, то слабой и недолговечной. Битву за zone grise они не проигрывают - они в нее даже не вступили. И это печально.

Почему? Потому что остановить исламского экстремиста может лишь одна сила - исламская община. Сильная, просвещенная, интегрированная в политические институции, представленная собственной партией. Опыт дерадикализации басков и ирландских католиков - лучшее тому доказательство. Сегодня такой силы нет, и все усилия направлены на то, чтобы в обозримом будущем ее не возникло.

Страхи европейцев понятны. Как бы эта интеграция ни привела к тихой, цивилизованной исламизации Европы: "Мечетью Парижской Богоматери" пугает Уэльбек своего читателя, и без того уже напуганного.  

Такая опасность - будем смотреть правде в глаза - существует. Европа теряет идентичность. Бельгия превращается в Бельгистан, Франция становится Франкистаном. Все туда и идет. Против лавины можно принимать самые суровые законы - вряд ли они ее остановят.

Значит ли это, что Европа обречена стать частью халифата? Вовсе нет. От такого исхода есть один - единственный и безальтернативный - рецепт: христианизация Европы.  

Это, конечно, отдельная большая тема. Но пора уже выбирать: или новая христианизация Старого мира - или исламизация. Тот случай, о котором сказано: "Свято место пусто не бывает".

Подписывайтесь на канал "Царьград" в Telegram, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.
Новости партнеров

Новости





Наверх