сегодня: 25/05
Святой дня
Вознесение Господне

Статьи

Москва не может расстаться с наследием палача Романовых

Москва не может расстаться с наследием палача Романовых

С удивительной и ничем не объяснимой настойчивостью москвичам навязывают в герои убийцу, растратчика имперского достояния и просто редкого мерзавца Петра Войкова. Улица, пять проездов, станция метро и даже целый район столицы носят его имя. Десятилетиями общественность и жители пытаются добиться их переименования, но вместо этого им предлагают все новые топонимы. В ближайшее время может появиться железнодорожная станция имени палача царской семьи.

Изначально новая станция Малого кольца Московской железной дороги должна была называться «Глебово», что обусловлено расположением недалеко от природно-исторического парка «Покровское-Глебово». Но неожиданно, словно из ниоткуда, в названии возникло имя Войкова, что вызвало справедливое возмущение общественности. Вернуться к первоначальному нейтральному «Глебово» проектировщики наотрез отказываются. И ладно бы защищали старые топонимы, в пользу которых можно поставить хотя бы их привычность или сослаться на дороговизну смены оформления станций и улиц, – так нет, чествовать убийцу предлагается с помощью совершенно нового объекта. И это при том, что оформление улиц менялось уже не раз. И это при том, что префектуру и правительство Москвы постоянно закидывают обращениями, просьбами, требованиями, подписями за переименование хотя бы столичных «войковизмов», дабы они не позорили нашу столицу.

Приурочить переименование станции метро предлагали, например, к 90-летию расстрела царской семьи. Тогда один из священников отметил: «чтить память трагически погибшего царя и увековечивать имя его палача – непростительное двуличие. Все равно что ехать к храму Христа Спасителя по улице Иуды Искариота». Но не прислушались ко мнению общественности ни тогда, ни в 2013 году, когда Россия отмечала 400-летие дома Романовых, ни в других случаях. Официальная причина – забота о городской казне. Это выглядит особенно абсурдно, если учесть, что только за последние несколько лет были переименованы совершенно никого не раздражающие станции подземки – «Битцевский парк», «Деловой центр», «Измайловский парк» и «Улица Подбельского» (последняя – в 2014 году). По просьбе правительства Казахстана станция метро, проектируемая под названием «Братеево», открылась как «Алма-Атинская». Переименования улиц в Москве происходят и вовсе постоянно и регулярно. Напомним, что перестали именоваться в честь великих русских культурных и научных деятелей улицы и площади Грибоедова, Аксакова, Горького, Белинского, Маяковского, Мечникова, Чехова и многие другие.

Всего в России, Украине и Белоруссии, по данным фонда «Возращение», существует как минимум 131 улица Войкова. Также его имя носят многочисленные заводы, суда и железнодорожные станции по всему постсоветскому пространству.

Неужели господин Войков заслуживает большего уважения, чем Чехов, Маяковский или Мечников? Напомним, кем был этот, с позволения сказать, «герой». Судьба Войкова удивительна тем, что человек, всеми ненавидимый, во всем проявивший себя наихудшим образом и на протяжении всей жизни и карьеры показавший все человеческие пороки, может снискать так много уважения и почестей, как при жизни, так и после смерти.

Уже в 18 лет Войков начал список своих «подвигов» покушением на градоначальника Ялты, генерала Ивана Думбадзе. Покушение сорвалось, революционер сбежал за границу, где отучился в Женевском и Парижском университетах и познакомился с Лениным. С ним же, в 1917 году, он прибыл обратно в Россию и по указанию большевиков отправился на Урал. Здесь его ждал стремительный карьерный рост, и вскоре Войков – уже председатель Екатеринбургской городской думы. С этого момента за именем Войкова тянется незасыхающий кровавый след.

Точнее было бы сказать, что Урал его усилиями утонул в крови. Истребление и грабеж населения, репрессии по отношению к купечеству и промышленникам были настолько масштабными, что, если верить «Справке о деятельности П.Л.Войкова», подготовленной ИРИ РАН, в регионе начались товарный дефицит и голод, уровень жизни большинства упал до тотальной нищеты. Но настоящим «звездным часом» уральского комиссара стал расстрел царской семьи в 1918 году.

Современные попытки оправдать Войкова, сделать его как бы слепым орудием в руках революции несостоятельны. Его приятели и подельники по чудовищному преступлению, как и бесстрастные архивы, свидетельствуют: главным инициатором казни был Войков лично. Он неоднократно устраивал провокации, чтобы у него был формальный повод к расстрелу: например, попытка побега царской семьи. Именно Войков, используя свой опыт химика, выписал из екатеринбургской аптеки 11 пудов (примерно 176 кг!) серной кислоты, чтобы изуродовать трупы и скрыть следы преступления. После неряшливого и грязного убийства, омерзительных подробностей которого хватило бы еще на одну статью, наш «герой» обобрал еще не остывшие тела. Факт похвальбы рубиновым перстнем, снятым с пальца убитой императрицы, широко известен.

Перстень стал лишь началом. Осуществив свое злодейство, Войков получил «повышение» – посты в советском внешнеторговом ведомстве, обществе потребительской кооперации (Центросоюз) и тресте «Северолес». Здесь он занялся распродажей по бросовым ценам многовекового достояния Российской империи и имущества династии Романовых, сокровищ Оружейной палаты и Алмазного фонда, бесценных томов старинных библиотек. Войков оказался крайне охочим до чужого добра, воровство его достигло катастрофических размеров, пока он, наконец, не был пойман на растрате.

Но ни расстрел, ни тюрьма цареубийце не грозили. Напротив, его ждало очередное повышение. В 1922 году Войкова назначили послом в Канаду, однако страна отказалась принимать у себя персону, замешанную во многочисленных кровавых преступлениях. Едва не объявили его персоной нон-грата и в следующей стране, куда его попытались отправить – в Польше. На сговорчивость поляков повлияли щедрые, поистине царские подарки.

Здесь, в Польше, убивать было некого, и советский полпред предался всем порокам, которые скрывала его натура, вызывая открытую неприязнь коллег, до которой ему, впрочем, не было никакого дела. По свидетельствам бывших сотрудников постпредства, Войков пристрастился к алкоголю и наркотикам, был одержим похотью – соблазнял или насиловал женщин прямо в своем кабинете. «Глагол «расстрелять» был его любимым словом. Он пускал его в ход кстати и некстати, по любому поводу. О периоде военного коммунизма он вспоминал всегда с глубоким вздохом, говоря о нем как об эпохе, «дававшей простор энергии, решительности, инициативе»», – пишет о Войкове советский дипломат, впоследствии эмигрант Григорий Беседовский. Продолжались и огромные траты: все доходы и награбленное ранее имущество Войков спускал на наркотики, рестораны и другие удовольствия.

От отзыва в Москву и заслуженного наказания Войкова спас случай. Точнее, не спас, но позволил ему уйти в мир иной не у грязной стенки лубянского подвала, а «красиво», в Варшаве, от пули белоэмигранта. Более того, советская власть устроила «асимметричный ответ», казнив в ночь с 9 на 10 июля около 20 ранее арестованных имперских аристократов. Тело же цареубийцы было с почестями похоронено у Кремлевской стены и началось прославление «героя» в московских и российских топонимах. С тем же успехом можно было бы называть улицы и промышленные объекты именем маньяка-убийцы Андрея Чикатило.

Неудивительно, что люди не хотят быть жителями Войковского района, ходить по улице Войкова, отдавать своих детей в детско-юношеский центр «Войковский», не говоря уж о станции метро, которую ежедневно посещают сотни тысяч горожан. Сегодняшние москвичи, особенно молодые, не помнят и не знают этих подробностей. Им логично было бы предположить, что станцию Московского метрополитена назвали в честь выдающегося, может, даже великого деятеля. А деятель в это время скребется где-то в дальнем углу ада, в обнимку с уже упомянутым Чикатило.

Зампред совета депутатов Войковского района Москвы Александр Закондырин направил в приемную вице-мэра Анастасии Раковой обращение с просьбой переименовать район и станцию метро. В качестве альтернативы предложено сразу несколько вариантов. Например, «Волковский» – в честь советского космонавта, дважды Героя Советского Союза Владислава Волкова. На территории района уже есть одноименная улица. Кроме того, предлагаются названия «Космодемьянский» (в честь Героев Советского Союза Зои и Александра Космодемьянских, которые учились в районной школе), «Петербургский» (поскольку по району проходит начало трассы Москва – Санкт-Петербург), «Никольский» (из-за села, которое было на территории района в XV-XVII веках) и «Авиационный» (в связи с близостью Московского авиационного института и причастностью многих жителей района к авиастроению). В мэрии инициативу москвичей прокомментировали сухо и официально. Пресс-служба горадминистрации лишь сообщила, что обращение будет рассмотрено в установленном порядке.

Тем временем, приближается уже 100-летняя годовщина убийства Николая II и его домочадцев. Неужели и эту дату нам придется встречать, глядя на нескончаемое прославление имени цареубийцы?

Фото: tsargradmedia

Подписывайтесь на канал "Царьград" в Telegram, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.
Новости партнеров

Новости





Наверх