сегодня: 27/07
Святой дня
Преподобный Никодим Святогорец

Эдуард Лимонов: Следующий "Нобель" вручат таракану

Эдуард Лимонов: Следующий Нобель вручат таракану

Эдуард Лимонов о том, как Нобелевская премия превратилась из рупора политики в приют бездарностей

В этом году Нобелевскую премию по литературе присудили певцу Бобу Дилану, урожденному Роберту Аллену Циммерману. Впрочем, он пропал и уже вторую неделю не реагирует на Нобелевский комитет.

У многих это вызвало недоумение: почему певец получает международную премию по литературе? О том, как герой планомерно уничтожается во всех областях жизни, рассказал известный писатель, поэт, публицист, российский политический деятель Эдуард Лимонов в программе "Радио Кузичев".

"Нобель" таракану

Анатолий Кузичев: Как вы оцениваете присуждение Нобелевской премии по литературе Бобу Дилану?

Эдуард Лимонов: Ну, он из другого жанра, конечно. Зачем это было делать, непонятно. Я не совсем понял, почему это так.

А.К.: Я могу процитировать Нобелевский комитет. "За создание новых поэтических выражений в великой американской песенной традиции".

Э.Л.: Да можно все что угодно придумать. Одно дело, когда Нобелевскую премию получил, например, Шолохов или Бунин. Понимаете, это как если бы Бетховен, Бах получили - а вдруг Боб Дилан…

А.К.: Или Maroon 5.

Э.Л.: Это клоунада, это, конечно же, жанр низкий, ниже плинтуса - эта авторская песня, баллада, губная гармоника. Я бы назвал его куплетистом. Конечно, куплетист. Пренебрежительно, именно намеренно пренебрежительно. Ну конечно, это совершенно поп-музыка, что с нее взять.

А.К.: Может, просто пришло время переосмыслить это?

Э.Л.: Нет. Границы жанров - они существуют. Жанры сами по себе меняются чрезвычайно медленно, раз в несколько столетий. Но что взять с Нобелевской премии? Она давно из себя ничего не представляет. Нобелевский комитет тоже.

А.К.: Почему?

Э.Л.: Потому что они раздали за последнее время огромное количество премий абсолютно ничтожным литераторам, чуть ли не поэту-переводчику из Австрии, про существование которого никто никогда и не узнал бы. Знаете, такое впечатление, что давали поощрения каким-то захудалым литературам, из Швеции, просто умирающим, или никогда и не родившимся. И после этого теперь и Бобу Дилану дали. В следующий раз кому дадут, я не знаю, не представляю. Кому уж меньше - какому-то таракану запечному.

Политика в "Нобелевку" закралась при СССР

А.К.: В широких народных массах самый простой комментарий - ну конечно, вон Бараку Обаме дали Нобелевскую премию мира. Действительно, это было довольно карикатурное мероприятие. Вроде как Нобелевская премия превратилась в такой политический инструмент.

Мне кажется, это серьезное упрощение. По крайней мере, литературная часть.

Э.Л.: Слушайте, в политический институт она превратилась, когда пытались уязвить советскую власть, когда ее дали Пастернаку за достаточно ничтожный роман. Дали, естественно, в пику советской власти. Кстати, то же самое произошло, когда дали Солженицыну. Конечно, не за его реальные заслуги, а именно за то, что он был диссидентом. Когда Иосифу Бродскому, совсем, казалось, не подходящему на роль такого антисоветского трибуна, дали Нобелевскую премию. Вот уже в эти моменты она превращалась. Кстати, политической она была, и когда дали премию Шолохову.

И когда дали премию Бунину, чтобы не давать премию Горькому. Вы знаете это. Ведь Бунин же был эмигрант, а Горький был... Если уж Кнуту Гамсуну позднее дали премию, то Горькому сам Бог велел, он был очень крупным европейским писателем. Об этом у нас забывают, конечно, но это так.

То есть Нобелевская премия постоянно служила и политическим орудием против неугодных стран. Против России ее использовали. Я, по-моему, назвал четыре примера или больше. Ну а Шолохову дали премию, как раз когда был момент детанта, когда наладились отношения. Тоже курьезное поощрение, типа "вот мы вам даем".

А.К.: Аванс политики разрядки.

Э.Л.: Да. Но запомните, что Бунину дали, именно чтобы не дать Горькому.

И потом, вспомните, это же 1933 год. И когда, кажется, кто-то сказал, Набокову (Набоков был секретарем Бунина): вот смотрите, вашему шефу там дали премию. Он говорит: "Ну что вы, мы все никому не известны. Вот кто известен - это Горгулов". Помните, Горгулов, поэт, российский офицер императорской гвардии, болгарин по происхождению, писавший русские стихи. Который застрелил Поля Думера, президента Французской Республики. В 1933 году был знаменит не он, не Бунин.

От политики к бездарности

А.К.: Хорошо. То есть вы совершенно ярко и аргументированно показали, что Нобелевская премия последние полвека была довольно сильно политизирована.

Э.Л.: Да. А последние годы это вообще стало приютом бездарностей каких-то.

А.К.: Вот я об этом и хотел спросить. То есть это просто состав такой мелкий, что и выбирает себе подобных? Или просто измельчали люди? Труба пониже - дым пожиже…

Э.Л.: Измельчала Нобелевская премия, во-первых. Во-вторых, просто интерес к ней, видимо, угас, более или менее. Уже и то время прошло. Когда самые яркие Нобелевские премии давали, это же было время Мохаммеда Али, больших людей повсюду… Было время ярких личностей. А сейчас время вот таких средненьких кузнечиков.

Героя планомерно уничтожают

А.К.: Это очень интересно. Я позволю себе очень короткое обобщение. Получается, на политической арене время личностей сменилось временем таких функций. Не то что безликих, но людей, которые не обязаны иметь какие-то выдающиеся способности, харизму, мощь и так далее. Функции. То есть, получается, в литературе то же самое.

Э.Л.: Видите, герой планомерно уничтожается во всех областях жизни.

Дело обстоит еще хуже. Это все связано, знаете, с так называемой политкорректностью. Ведь сейчас же ничего нельзя. Не только в нашей стране многое нельзя, но и на Западе многое нельзя. Вот просто вытравили породу. Последние великие писатели - например, Жан Жене, который умер в 1986 году. Забытый французским правительством, всеми. Я приехал во Францию в 1980 году. Первое, что я спросил: а где у вас тут Жан Жене, познакомьте! Все сказали: да вы знаете… Я говорю: а почему о нем не пишут? Никто не писал. Вообще.

Ему не могли простить его неполиткорректное воспевание палестинцев. Вы помните, Палестинский фронт освобождения. И о нем вообще не писали. Когда он умер, немедленно все слетелись, министр культуры Жак Ланг поехал в арабский отель, где он умер. Он вообще стал ненавидеть Францию. Его так затюкали и запугали.

Я приехал в 1980-м году в Париж. И до 1986-го он нигде не появлялся. Вообще о нем не писали. Как только он умер, стали писать. Но он подложил им свинью, молодец. Он завещал похоронить себя в Марокко на арабском кладбище. Его пришлось похоронить там. В соответствии с завещанием.

А.К.: Только-только открыл рот, сказал, что теперь тот безопасен… А все равно опасен.

Э.Л.: Героя старательно уничтожали. Оригинального человека старательно уничтожали. Оригинального творца из Европы вытравили к чертовой матери. Создали такие условия, при которых таковой вообще не может образоваться, понимаете. Это, конечно, самое чудовищное, что могло произойти с европейской цивилизацией. Которая и наша, увы, цивилизация.

А.К.: Потому что антоним политкорректности - это личность, как ни странно.

Э.Л.: Конечно. Совершенно верно.

Подписывайтесь на канал "Царьград" в Telegram, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.
Новости партнеров

Новости





Наверх