Андрей Ткачев: До чего доводит любовь ради наживы

  • Андрей Ткачев: До чего доводит любовь ради наживы

Протоиерей Андрей Ткачев об алчности и жажде наживы

Божией милости нет конца. Злобе дьявола нет конца. Алчности человеческой тоже, бывает, нет конца. Вот сегодня мы об этом пару слов скажем.

В XIX веке, в том хваленом, который разродился войнами и революциями, человек ради наживы начал впервые в жизни, в истории, делать вещи, которых раньше не делал. Жила-была себе такая на свете женщина по имени Юлия, мексиканка Хулиа Пастрана. Родилась она с какой-то такой жестокой патологией, она была покрыта жестким волосом по всей поверхности тела, исключая только ладошки рук и подошвы ног. При этом имела очень большие ноздри и челюсть, такие лобовые кости, дуги. В общем, такая была вполне как обезьяна. Извиняюсь, но так было, она не была в этом виновата, так получилось.

Один английский предприниматель взял ее с собой, возил ее по всему миру, показывая ее как чудо природы, как обезьяну, которая разговаривает. Юлия прекрасно танцевала, была пластична, гибка. Хорошо разговаривала на нескольких языках. Между прочим, была очень развита умственно.

Умерла рано, 26 лет всего лишь ей было. Родила дочку от этого, кстати, антрепренера. Тоже волосатую, как обезьянка, которая тоже умерла. В общем, в XIX веке таких фриков возили по Европе очень часто. Были целые фильмы про них сняты. Любовь к уродам. И любовь ради наживы, конечно. Какие-то маленькие трехглазые человечки, какие-то лысые карлики, какие-то горбуны невероятные, какие-то однорукие...

Помню, в "12 стульях" Бендер говорил, что он знал одного проходимца, который возил по ярмаркам одного очень жирного монаха, которого раздевал по пояс и показывал как феномен, как женщину с бородой. То есть ради наживы ярмарочной, такое действие карнавальное - оно находило у общества отклик, а у проходимцев находило радость, потому что карманы их наполнялись.

Это, кстати, описывал и О’Генри в "Тресте, который лопнул" - способ заработать. Интимная жизнь горожан.

И что там интересно. Она умерла, бедняжка. Умерла, причем на территории Российской Империи, в Москве. Тот, который ее возил, этим не удовольствовался. Он ее забальзамировал. Еще долго-долго возил ее и труп ее дочери в стеклянном таком шкафу, в формалине, и получал за это деньги. Потому что человек просто зарабатывал. Она была в Киеве, Петербурге и Москве. Эта Юлия Пастрана родила о себе странный слух. Она побыла и уехала.

А в Киеве мещане вдруг, как испорченный телефон, начали рассказывать о том, что была там какая-то уродливая женщина, ужасно богатая, ни дать ни взять тетушка Чарли из Бразилии, где в лесах живет много диких обезьян. И тут же появилось много желающих повидать ее. А потом пошел слух следующий. Он пошел в Боярку, в Шепетовку, во все провинции, от Киева отходящие. И там эти провинциалы вдруг эту видоизменную испорченным телефоном новость восприняли так: в Киев приехала женщина со свинячей мордой, страшно богатая, хотящая замуж. И вот в Киев, уже после смерти Юлии Пастрана, стали на главпочту приходить письма "до востребования" примерно следующего содержания: "Я слышал, что в Киев приехала некая благородная особа со свинячей мордой и с большими деньгами. Обещаю ей любовь и верность. Ее свинячья морда не помешает мне быть верным супругом. Адрес мой такой-то, такой-то. Отставной поручик, допустим, Петров Иван Иванович". Писали студенты, писали вдовцы, писали люди, которые готовы бросить свою постылую старуху и жениться на благородной даме со свинячей головой, для того чтобы любить ее верно и преданно до самой смерти, в чем, значит, да поможет мне Бог.

Вот таких писем приходили тонны. Сначала просто их читали, смеялись и выбрасывали в мусорник. А потом издали целым отдельным изданием. Печатали их в газетах и журналах, периодических изданиях там "Киевская старина", "Телеграф" и прочее. И это была такая яркая картина испорченного телефона, как обрастают неправдоподобием реальные события и превращаются в слухи, во-первых.

А во-вторых, насколько же гадок человек, насколько же он паскуден в своем желании нажиться, не трудясь, и на любой подлости заработать желающий, во всех сословиях, во всех категориях наших, так сказать, граждан. Это благочестивые дореволюционные времена, до красной звезды, до этого издевательства над душой русского народа, которым была революция, и все остальное. Англичанин, возивший ее, потом бальзамировавший и труп показывавший за деньги. И наши, ничуть не лучше, мещане, оборванцы всякие, служащие почтовых станций и телеграфных отделений, писавшие письма подобного образа, что готовы жить с благороднейшей дамой со свинячьей мордой, обещая ей любовь и верность, поскольку "я человек великохорошего воспитания". Пошлятину такую писали тоннами киевляне в XIX веке. Незадолго до революции, пришедшей как закономерное возмездие людям за мерзости, которые они творят.

В общем, бесконечна милость Божия, бесконечна злоба дьявольская. И бесконечна алчность человеческая, готовая на все ради того металла, который в гроб не заберешь.

Оставьте email и получайте интересные статьи на почту

Протесты в Турции: кто стоит за маргиналами с террористическими флагами? Сирийский политик: Война с ИГИЛ может выйти за пределы Сирии

Оставить комментарий