сегодня: 11/12

Александр Руцкой: Если не управлять экономическими процессами, мы можем попасть в хаос

Александр Руцкой: Если не управлять экономическими процессами, мы можем попасть в хаос

Александр Руцкой о том, когда у нас будет национальная идея и качественное исполнение указов президента

В программе "Чай с Захаром" - Александр Руцкой, политик, доктор экономических наук, Герой Советского Союза. Он рассказал о провале Ельцина в 90-е годы, о необходимости сформулировать национальную идею, о будущей самостоятельности Донбасса, а также о рисках хаоса в случае плохого управления страной и невыполнения прямых указов президента России.

"Еще тогда, когда был вице-президентом, я говорил, чем это все закончится"

Захар Прилепин: Александр Владимирович, как сегодня проистекает Ваша жизнь? Чем занимаетесь, что входит в сферу Ваших интересов сегодня?

Александр Руцкой: Вы знаете, я никогда не занимался тем, что мне не интересно. И, вообще, я всю свою сознательную жизнь построил в ракурсе поиска ответа на вопрос: почему? Так я оказался в армии, так я оказался в Афганистане, так я оказался в политике, так я оказался на стороне Верховного Совета. Потому что, не зная ответа на вопрос "почему", ты просто представляешь из себя нечто, и не более того.

Потому что если каждый человек будет правильно воспринимать окружающую среду, а для этого надо быть готовым, мы бы жили совершенно по-другому. Поэтому сегодня я внимательно смотрю за тем, что происходит, делаю отсюда выводы. Иногда делаю публичные прогнозы, потому что приглашают на телевидение, радио. И, к глубокому сожалению, оказываюсь прав. К глубокому сожалению. Потому что еще тогда, когда был вице-президентом, я говорил, чем это все закончится. Так оно и получилось. В 1993 году Ельцин, расстреливая Верховный Совет и сняв с должности вице-президента незаконно, нарушил Конституцию и законы.

Я говорил, что в конечном итоге наша страна будет из себя представлять просто нагромождение территорий. К которой будут относиться некоторые с соболезнованием, некоторые с состраданием.

З.П.: Некоторые со злорадством.

А.Р.: Да, а некоторые со злорадством.

З.П.: Когда в 1988 году был сбит Ваш самолет, Вы уходили от преследования, Вы о чем думали тогда? Была ли возможность вообще о чем-то думать?

А.Р.: Вы знаете, первый раз, когда меня сбили… Я вызывал огонь на себя. Потому что надо было вскрыть систему ПВО. Афганская армия пыталась высадить десант. Сбили шесть вертолетов с десантом на борту. Позвонил командующий, говорит: слушай, надо походить на предельно малой высоте, ты умеешь это делать, а корректировщик сфотографирует точки, откуда работает ПВО. Первый раз я слетал - 39 пробоин, еле дотянул до аэродрома. Опять звонок: надо еще разок, говорит, не успели сфотографировать. Я говорю: ну второй разок закончится плохо.

Я полетел. Сработали стингером, инструктор американский. А потом, перетягивая через перевал, я еще нарвался на ЗГУ, которая в упор прямо, зенитная горная установка била в упор. Отказало управление, самолет горит. Но все равно надо перетянуть к своим. И поздно катапультировался. Меня спасло то, что я попал в арык. С рисовых полей стравливают воду, там ил. И получилось так - открытие парашюта и приземление. Весь переломался. Еще пару пуль словил. Ну и вот наблюдал эту картину, значит, с этой стороны, на нейтральной полосе. Оттуда "духи", моджахеды. С этой стороны, правее, афганцы, наши, военнослужащие афганской армии. И наши, наша армия, 40-я. На выручку. У меня перелом позвоночника. Попробовали затащить через люк, нижний люк БТР - никак не получается. Вертолет - и меня вывезли. Итог какой. В лучшем случае, если я буду ходить - это хорошо. Но я восстановился летать.

З.П.: Как?

А.Р.: Как? Надо себя заставить. Потому что, помните, я сказал: я свою жизнь построил таким образом, что все время нахожусь в поиске ответа на вопрос: почему? Почему я не буду ходить. Почему я не буду летать. И был допущен Институт военно-космической медицины. Потому что это одноразовое явление, такого не было никогда. Мне сказали: выдержу перегрузку 10 - допустят. Врубили перегрузку 15. И допустили. Ну, правда, на всю спину синяк был. Но ничего, допустили опять летать.

В плену

Полгода я поруководил Центром боевой подготовки военно-воздушных сил СССР в должности заместителя начальника Центра. И опять в Афганистан. Можно было отказаться. Но неудобно как-то. На должность зам.командующего. И вот, когда… А мы наносили удары, были сформированы группы… Три человека, те, кто мог летать в горах ночью. То есть по ущельям идем к цели, наносим удар. А готовился вывод войск, 1988 год, из Афганистана. Надо было уничтожить те склады, которые накапливали вооружения, боеприпасы. Потому что все готовилось сорвать вывод наших войск. И вот, в ночное время. Днем отдыхаешь, а ночью хулиганишь, скажем так. Нарушаешь границу сопредельного государства - и работаешь в приграничной полосе. И вот когда, смотрю, сработала станция, то есть захват, идет ракета на меня. Что делать. Катапультное кресло. Левый двигатель вылетает с узлов крепления, ракета попадает.

Я катапультируюсь, вижу - и вторая догоняет самолет, от самолета брызги остались. И вот вишу на парашюте и сам про себя так думаю: и на … мне это нужно. Потом смотрю: о, слава Богу, приземление будет на лес. Не о землю, удар крона деревьев, так сказать, смягчит. А потом бега, бега две недели. Оставалось до границы полтора километра. Пограничный пост Хост.

"Пришел в себя, когда уже, как барана, несли на палке, руки связаны, ноги связаны, продет в шест"

З.П.: За вами шли?

А.Р.: Ну, конечно. Если попадалась река - я в реку, и сплавлялся, так сказать, течением, там горная местность. Потом, конечно, это сказалось на здоровье, эти все переохлаждения. И последнее, я нагнулся воды попить, смотрю - стоит женщина с ребенком, вот такие глаза на меня. Понятно, что она сейчас позовет. Но как можно выстрелить в женщину с ребенком? Вот и все. Осколок в затылок от гранатомета. А дальше пришел в себя, когда уже, как барана, несли на палке, руки связаны, ноги связаны, продет в шест. И на этом принесли в лагерь. И повесили на дыбу. Так двое суток провисел. А потом пакистанцы вычислили все-таки, куда я попал и куда я пропал, и забрали себе. А дальше хождение по мукам продолжалось. Обменяли с весом меня 42 килограмма.

З.П.: А долго вы были в плену?

А.Р.: Почти четыре с половиной месяца. А задача стояла - карты нарисовать, порядок вывода войск, склады, размещение и порядок вывода и прочее. Я на предательство не способен. Спасибо Владимиру Александровичу Крючкову, который занимался моим вопросом. И меня нашли. А числился "без вести пропал".

З.П.: А когда там находились, встречались с другими советскими военнослужащими - пленниками?

А.Р.: А как можно встречаться? Метр пятьдесят - метр пятьдесят - три метра в глубину, бетонная яма и сверху решетка. Это они потом уже вычислили, кто я такой, что я зам.командующего. Сразу же в коттедж. Правда, около каждого окна часовой. Меню, телевизор. Потом опять в яму. Потому я ничего не рисую и ничего не рассказываю. Валяю дурака. И даже в последний момент, когда меня везли на обмен. Открыли чемодан - два миллиона долларов и канадский паспорт с моей фотографией. Говорят: вот… Я говорю: нет. Тогда, говорят, поехали в яму. Я говорю: поехали. Привезли в посольство. Вот такая история.

Поэтому, когда знаешь, что такое жизнь, легко искать ответы на вопрос: почему? Очень легко. Почему - потому что <…>

90-е: "мальчики в розовых штанишках" и дефолт

З.П.: Вице-президент. 18 мая 1991 года Вы второй человек после Бориса Николаевича Ельцина. Давайте про Ельцина. Как Вы его тогда воспринимали, как воспринимаете сегодня: что это за человек, и было ли его поведение системной ошибкой, глупостью, или чем-то еще?

А.Р.: Вот тогда, когда я стал депутатом, народным депутатом, через некоторое время стал председателем комитета Верховного Совета, членом Президиума Верховного Совета. Отвечал за вопросы военного строительства, социальную сферу военнослужащих и прочее. И, видимо, чем-то я приглянулся Борису Николаевичу. Возможно, своими откровенными выступлениями. Почему? Потому что я так воспитан, я говорю то, что думаю. И никогда ни под кого не подстраивался и не собирался никогда жить под чье-то чужое лекало, вот именно так и никак иначе.

И он меня пригласил, предложил баллотироваться вместе с ним. Я первый раз отказался. Говорю, Борис Николаевич, дело в том, что я по своим убеждениям, по менталитету военный человек. Я только что закончил Академию Генерального штаба. Поэтому, вы знаете, для меня, конечно, лестно это предложение, но я бы хотел знать, чем я буду заниматься, если я дам согласие. Он говорит: идите, подумайте. И где-то дня через три меня опять пригласили. Он говорит: Александр Владимирович, Вы тогда мне задали вопрос, я Вам отвечаю. Вы будете заниматься военно-промышленным комплексом. Видите, что с ним сделал Горбачев, под видом конверсии. Вы будете заниматься реформой вооруженных сил. Вы будете заниматься социальным обеспечением военнослужащих и членов их семей. Моя тема. И я говорю: ну, тогда да <…>

Он стал президентом, я вице-президентом. Через неделю он мне дает поручение - сельское хозяйство - в котором я абсолютно ничего не понимал. Я думаю: а что ж Черномырдину выделили? Аэрокосмическую тему. Здорово, думаю, далеко пойдем. Потом - Межведомственную комиссию по борьбе с преступностью и коррупцией.

З.П.: Вам?

А.Р.: Да. Видимо, расчет был достаточно просто. Потому что в те советские времена, когда надо было человека убрать, его назначали на сельское хозяйство, или же преступность. И, соответственно, сдвигали.

Но он не учел одного "но". Я никогда не страдал снобизмом. И если я не знаю, я всегда спрашиваю. И не считаю это зазорным…

"Мы специфическая страна. И если не планировать и не управлять экономическими процессами, мы просто можем попасть в хаос"

Начала, как снежный ком, расти конфликтная ситуация. Первое - это кадровая политика. Стали назначать министров с биографией из трех строчек: родился, учился, женился - министр. Понимаете, человек же должен какой-то жизненный опыт иметь, кем-то и чем-то руководить, что-то сделать, какие-то иметь заслуги, какие-то иметь показатели. Потому что, по меньшей мере, было заявлено, что мы переходим к новым формам экономических отношений. И эта детвора, я их называл "мальчиками в розовых штанишках". В конечном итоге я говорю: нас поставят не просто на колени, а в унизительное положение. Я говорю: хорошо, что мы закончим дефолтом.

Это был 1991 год. А в 98-м - дефолт. Самое позорное явление. Неспособность платить, как по внутренним, так и по внешним долгам. А вместе с тем еще и кредитов набрали. Плюс приватизация. Почему-то Гайдар все время ссылался на Фридмана, на Смита. Я ему говорил: Егор Тимурович, кроме этих выдающихся экономистов есть еще Джон Кейнс. Рыночная экономика, управляемая рыночная экономика. Мы специфическая страна. И если не планировать и не управлять экономическими процессами, мы просто можем попасть в хаос. А потом, что это за приватизация? Это разграбление национального достояния страны, народного достояния. Вся страна это создавала, а теперь какое-то жулье скупит эти ваучеры и присвоит себе… Так оно и получилось. Ну а этот конфликт, соответственно, рос-рос-рос. И закончилось, помните, чем. Расстрелом Верховного Совета. Где я должен был оказаться?

Ельцин и вашингтонский обком

З.П.: Учитывая одинаковые изначальные возможности, условно говоря, у Вас, у Вашей команды, у Ваших единомышленников, и условного Егора Тимуровича Гайдара. Почему их влияние на Ельцина оказалось более серьезным и значимым, и в итоге катастрофическим?

А.Р.: Ельциным, собственно говоря, управлял вашингтонский обком.

З.П.: А что они могли предложить Ельцину? Шляпу с перьями?

А.Р.: Не только шляпу с перьями. Я вам напомню один эпизод, жизненный. Когда в Беловежье было подписано соглашение между Кравчуком, Шушкевичем и Ельциным о СНГ, то есть упразднении Советского Союза, кому первому он доложил, Ельцин?

З.П.: Позвонил в США.

А.Р.: В США, Бушу. В правительстве это подтвердил Владимир Владимирович Путин. Когда ему задали вопрос: а правда ли, в 90-е в правительстве и в администрации работали штатные сотрудники ЦРУ? Он говорит: правда.

З.П.: А сейчас работают?

А.Р.: Я сомневаюсь. Есть некоторое влияние. Есть. Но там этих ребят уже нет. А что такое… Я говорил в глаза Борису Николаевичу, я не стеснительный в этом плане человек. Я говорю: Борис Николаевич, а давайте человек десять СВРовцев в Белый Дом отправим в качестве инструкторов и советников. Он говорит: у Вас все в порядке с головой? Я говорю: у меня-то все в порядке, у Вас как с головой, когда у Вас в правительстве 32 штатных сотрудника ЦРУ. И, кстати, дирижировали приватизацией именно они. Именно они. Почему - потому что явно было видно, что это разграбление страны. И залоговые аукционы - это идея вашингтонского обкома.

Вот так вот мы и оказались в состоянии "ничто". И, кстати, сегодня некоторые любят попинать Владимира Владимировича Путина. Но я вам скажу, я, наверное, один из немногих тех, которые знают, в каком реальном состоянии принял страну Путин. Это тихий ужас. Это тихий ужас. А главный аргумент в 1993-м, почему он это делает. Потому что ОПУС, тогда, помните, Особый порядок управления страной, он практически отменил Конституцию. И решение об его устранении от занимаемой должности не я принимал, не Верховный Совет, а Конституционный Суд, высший судебный орган. Кстати, решение Конституционного Суда не отменено по сей день. Перечислены статьи, нарушенные президентом Ельциным. И у него главный был аргумент - что ему мешают проводить экономические реформы, Верховный Совет и вице-президент. В 1993 году нас всех упразднили, мягко говоря. Прошло пять лет, 1998-й - и что? Никто не мешал проводить реформы. Заведомо было ясно, что это чем закончится.

З.П.: Тем не менее на точке 1993 года остановимся еще на минуту. Понятно, что это неблагодарное занятие - переигрывать заново шахматную партию. Наверняка Вы об этом размышляли. Возможны ли были какие-то шаги, чтобы тогда отыграть в свою сторону, в нашу сторону, в Вашу сторону эту ситуацию?

А.Р.: Вы понимаете, по своим убеждениям, может быть, это нескромно, я воспитан патриотически. Я рос в семье военного. Я рос в семье, которая жила в военном гарнизоне. Человек, который прошел всю войну от звонка до звонка. Войну закончил с шестью орденами, три ордена Красной Звезды.

З.П.: Это отец.

А.Р.: Да. Три ордена Отечественной войны. Танкист. Кадровый офицер. Ну как кадровый офицер, патриот своей страны, будет воспитывать своих сыновей. Жестко. И это вбивается в сознание таким образом, что, мне уже в 2017 году будет 70 лет, а оно отсюда не уходит. Как заложили отец с матерью, и дед плюс еще, Александр Иванович, почетный железнодорожник СССР. Там все проходило через порку.

И это восприятие, что пытается сделать с нашей страной тогда, вызывало однозначное отторжение. Однозначное отторжение.

Я предлагал Борису Николаевичу, говорю: а что, в 28, в 30 лет министрами назначаете. Давайте сразу выпускников школы. Вообще, будет оригинально. Сейчас вот Трамп выиграл выборы. Посмотрите, там есть 30-летние?

З.П.: Меня не очень волнует, что там у них будет в США. Тем не менее почему проиграли мы? Вот почему проиграли этим сомнительным людям 28-ми лет?

А.Р.: Я объясню. Ведь самая страшная беда нашего общества - это тотальная экономическая и юридическая безграмотность населения. Это самая главная беда. Тем более общество деидеологизировано, то есть идеология выкинута за борт. Национальная идея не сформулирована. И эта огромная масса, толпа, лишенная национальной идеи, она не способна ни на что. Она неправильно воспринимает экономические процессы.

Общество без идеологии - "стадо баранов"

З.П.: Тогда еще была жива советская идея, еще инерция существовала.

А.Р.: Она умирающая была. Вы знаете, я считаю выдающимся философом Густава Лебона. Потому что в советское время я любил в Ленинку ходить, когда учился в Академии, еще в военно-воздушной.

У меня хобби было: в субботу-воскресенье в Ленинке. Я брал с собой шампанское, конфет, девочек угощал - и они мне выдавали книги, где стоял гриф "К чтению не выдавать". Это Ницше, Густав Лебон, Воскресенский, Ильин и так далее. И меня в Академии всегда отправляли с занятий по научному коммунизму погулять. Потому что я почему-то задавал дурацкие вопросы. Они не были дурацкими. Это были вопросы, я же вам сказал, я свою жизнь построил так, в поисках ответа на вопрос: почему? Поэтому и читал эти книги. Так вот, у Густава Лебона есть прекрасное высказывание: "Общество, лишенное идеологии и национальной идеи, может претендовать на одно название - стадо баранов". Грубо. Но точно. Понимаете?

З.П.: На тот момент Ваши оппоненты предложили идеологию, условно говоря, рыночного либерализма, демократии.

А.Р.: Это не идеология <…>

Национальная идея и экономические идеи

З.П.: Почему у нас не сформулирована национальная идея? У Вас есть на этот ответ?

А.Р.: Есть.

З.П.: Почему?

А.Р.: Потому что, на данный момент, нет способных людей ее сформулировать. Вернее, есть способные люди, но они не приближены к власти.

З.П.: Почему они не приближены к власти?

А.Р.: А потому что они неудобные. Вот сидит еще такой пример. А знаете, почему они неудобные? А потому что они говорят то, что думают. Я не оппозиционер. Я не противник нашего президента. Он мне, кстати, нравится. Но не нравятся те, кто рядом с ним. Почему, объясняю. А потому что результат-то где?

З.П.: А никаких результатов нет?

А.Р.: Вы знаете, это все как бы завуалировано, вроде бы все хорошо. Но на самом-то деле давайте выйдем на улицу и поговорим с людьми. Недавно был принят закон о частно-государственном партнерстве. Ну, идите, попробуйте с этим законом организовать государственно-частное партнерство.

Бесполезно. Хотя есть упрощенная формула, сингапурский метод. Государственно-акционерная компания. 50 процентов акций государству, 50 - акционерам. Денег 50 процентов государство, 50 процентов акционеры. Тема. Реализовали эту тему - теперь акционеры имеют право выкупить государственный пакет акций. Всё. Зачем усложнять?

Мы говорим о развитии малого и среднего бизнеса. Идите, попробуйте. Займитесь малым и средним бизнесом. Идите, попробуйте получить кредит. А что такое процентная ставка кредита? С чего она? А почему соотношение доллара к рублю вот такое? Кто реально считал стоимость доллара на территории России? Если этот доллар не обеспечен внешнеэкономическим продуктом Соединенных Штатов. Их просто напечатали. Почему фантик от конфеты стоит 64 рубля?

З.П.: Это не только в России такая ситуация.

Человек должен понимать, почему либерализм для русских неприемлем

А.Р.: Нет, так надо же думать. А почему мы должны подлаживаться под кого-то? Мы самостоятельное государство. Мы значительное государство. И надо с уважением относиться к своим национальным деньгам. С уважением.

Почему я сказал - тотальная экономическая и юридическая безграмотность. Давайте возьмем школьную программу. Давайте возьмем не экономический и не юридический факультет, другие факультеты. Там идет речь о юриспруденции и экономике? Нет. А когда человек экономически и юридически грамотен, он знает, как происходят и протекают экономические процессы, он будет понимать, почему мы живем по синусоиде: кризис - антикризис - кризис - антикризис.

Он будет понимать, что либерализм, либеральная экономика, либерализм для русских и для России неприемлем. Он будет понимать, что есть и другая рыночная модель, определенная теоретически и примененная на практике, это модель Кейнса. Великая американская депрессия. Модель применена - Америка вышла из депрессии. Приписывают Маршаллу в послевоенной Германии восстановление экономики. Это опять Кейнс. Любые процессы должны быть управляемыми. Политические, социальные, экономические, юридические, физические, химические процессы. Если мы этими процессами не управляем, откуда мы знаем, куда мы прирулим в конечном итоге. Ставится цель, есть процесс и есть управление. А если есть управление, то есть и ответственные за реализацию. А кто у нас ответственный за реализацию? <…>

Минск-2 не будет выполняться - Донбасс станет самостоятельным

З.П.: Давайте спрогнозируем, чем ситуация закончится. Чем закончится ситуация на Донбассе?

А.Р.: А на Донбассе, я вам скажу однозначно. Как и Минск-1, так и Минск-2, никто выполнять не будет.

З.П.: Так. И далее что будет происходить?

А.Р.: По-прежнему, будет в адрес нашей страны, нашего президента нестись эта вся околесица, с применением, в том числе и экономических санкций.

Но… Вы видите, как произошли выборы в Соединенных Штатах. Вы слышали неоднократно заявления Трампа. А я скажу: на такие заявления способен только человек, который сделал сам себя. Трамп сделал сам себя. Никто ему не помогал. Все то, что у него есть, он сам это заработал, а это заслуживает уважения.

Команду ту, которую он себе подбирает, это тоже достойные люди. И самое главное - этот акцент найти, взаимопонимание. И те в его адрес, называя его, не стесняясь в выражениях, те же европейские политики видели, сейчас все согнулись под лекало, которое называется Трамп, и готовы во все места по полной программе зацеловать.

И я вам скажу: нам на руку эта ситуация. Я думаю, в ближайшее время все эти санкции закончатся. Почему. Потому что это в первую очередь нарушение международного законодательства, оно не предусматривает, международное право, введение в таких случаях экономических санкций. И какое отношение к Минску-2 имеет Россия. Но я вам еще раз говорю: не будет оно выполняться. Потому ни Луганщина, ни Донецк никогда в жизни не простят гибель своих близких. Никогда.

З.П.: Закончится-то чем все-таки?

А.Р.: А закончится тем, что Донбасс станет самостоятельным. Украина развалится. Развалится. И мало того, чтобы сделать выводы из того, что произошло, ведь Майдан-то был против кого - против олигархов. Самый главный акцент Майдана - против олигархов. Ну, и кто сегодня в правительстве? Меньшинство обогатилось сказочно, в том числе и президент, а большинство обнищало.

Но это же дальше продолжаться не может. Была у нас годовщина 108-й стрелковой дивизии, я потому со звездочкой, ездил к ребятам. Воевали вместе. Ребята приехали с Украины. Это бывшие офицеры, командиры полков 108-й дивизии, командиры батальонов, рот. Послушали бы, что они говорят. Сметут эту шоблу. Их даже властью нельзя называть, потому что это банда. Это банда, у которой руки в крови. Помните 1993 год, отстрелы снайперами? Аналогичная ситуация и у них на Майдане <…>

Митинги не нужны - нужны нормальные законы

Поэтому жизнь - она очень сложная. И когда возникают такие проблемы, мы сами себе их создаем, вот в чем дело. Когда этот митинг на Болотной. И дальше что? Кто туда пришел? Те, кто разваливали в 90-х годах нашу страну. Пришли митинговать, им что-то не нравится. Господа, а за что вы, собственно, выступаете? Вы поставили на четвереньки страну, развалили все, что только можно, растащили национальное достояние, а теперь митингуете?

Поэтому эти митинги, революции, выяснения отношений - это не нужно. Надо сделать нормальный закон, уже пришло время, о выборах. Тех же руководителей субъектов Федерации, депутатов всех уровней. Нормальный человеческий закон. Категорически запретить использование административного ресурса. Категорически запретить хамство и оскорбления. И цивилизованно избирать себе политическую сферу. Которая будет работать под формулированную национальную идею.

З.П.: Это надо, но случится или нет? Есть ли к этому шансы?

А.Р.: Я думаю, к этому придем. Почему. Потому что, вот год назад, встречаясь с Владимиром Владимировичем, я понял так, что мы придем к этому.

Подписывайтесь на канал "Царьград" в Telegram, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.
Новости партнеров

Новости





Наверх