В реальности всё было не так, как в "Трёх мушкетёрах", но уж слишком хороша Маргарита Терехова
В этот день произошло одно из событий, вокруг которого построен знаменитый роман "Три мушкетёра". В реальности всё было не так, как в книге и в её советской экранизации, но уж слишком хороша в ключевой сцене Маргарита Терехова.
Кинематограф обладает удивительной силой - нередко созданные им образы формируют у аудитории, причём порой у нескольких поколений зрителей, особое восприятие реальных исторических персонажей и событий.
Вот, например, английский государственный деятель Джордж Вильерс, известный как герцог Бекингем. Для знакомых с историей людей очевидно: реальный герцог Бекингем имел микроскопически мало общего с одноимённым персонажем знаменитого романа Александра Дюма "Три мушкетёра". Равно как и обстоятельства убийства государственного деятеля английским пуританином Джоном Фелтоном, произошедшего 23 августа 1628 года, отличались от литературной и кинематографической версии.
Но для десятков и сотен миллионов наших соотечественников убийство Бекингема неразрывно связано с культовой сценой из телефильма "Д’Артаньян и три мушкетёра" (1978). В ней коварная миледи в исполнении Маргариты Тереховой затуманила мозги своему тюремщику Джону Фелтону (актёр Евгений Данчевский), будто бы Бекингем соблазнил её, невинную овечку. Да-да, это та самая сцена, после которой страстный возглас Фелтона "Имя, сестра, имя!.." стал нарицательным и вошёл в повседневную русскую речь.
В действительности никакой миледи не было - во всяком случае, в судьбе Фелтона она никакой роли не сыграла. Бывший офицер убил герцога по причинам личной обиды и политической неприязни, которые "удачным образом" совпали. Но сцена из советского телефильма с участием обворожительной Маргариты Тереховой настолько хороша, что киношная версия, конечно, интереснее.