Россия не зависит от западных технологий. Доказано «Роснефтью»
Годы идут, ничего не меняется. Пока одни стенают о том, как всё плохо и почему ничего не получается, другие разрабатывают передовые технологии и благодаря им кормят первых
Мир меняется
Первый вице-президент российской компании «Роснефть» Эрик Лирон 17 октября выступил на конференции «Технологии в области разведки и добычи». Его доклад «Роснефть: развитие Компании за последние 5 лет и планы на будущее» стал главным событием мероприятия. Не удивительно. Нефтяной гигант является крупнейшим налогоплательщиком России, всего постсоветского пространства и прилегающих к нему стран. «Роснефть» уже много лет является стратегически важным элементом всей российской экономики: убери её – и мир станет немного иным, а наше государство не сможет больше выполнять часть своих социальных обязательств.
«Роснефть» побеждает в битве за тихоокеанские рынки
При этом нефть не вечна: углеводороды, как известно, – невосполняемый источник энергии. Подавляющее большинство легкодоступных месторождений нефти на планете давно уже не только открыты, но и потихоньку исчерпываются. Наступила новая эпоха, где побеждает не тот, кто первым оказался у «нефтяной ямы», а тот, кто сумел найти глубоко спрятанные залежи, подобраться к ним, провести весь комплекс необходимых работ (для чего жизненно необходимы современные технологии и инновации) – только после этого можно будет, как выражаются профаны, «качать нефть».
Именно этому посвятил своё выступление на конференции, а заодно и любопытное интервью господин Лирон – как «Роснефть» чувствует себя в этом изменившемся мире.
Побеждает тот, кто умнее
Первый и главный факт, самый важный и интересный для широкой общественности: пятый год подряд «Роснефть» обеспечивает коэффициент восполнения добычи выше 100%. Это означает, что геологи компании находят больше нефти, чем успевают добыть работники действующих скважин. В 2018 году удалось найти более 450 млн тонн нефтяного эквивалента – в 1,38 раза больше, чем было добыто компанией. То есть ни о каком иссякании запасов на данный момент речи не идёт.
Но часть этих запасов находится, подчёркиваем, в труднодоступных местах – добываемую здесь нефть профессионалы сокращённо называют «ТРИЗ». ТРИЗ в данном контексте – не «теория решения изобретательских задач» (самая распространённая расшифровка), а «трудноизвлекаемые запасы». Но занятно, что два варианта прочтения этой аббревиатуры дополняют друг друга, ведь для извлечения трудноизвлекаемого необходима недюжинная изобретательность. И эта изобретательность базируется не на пустом месте.
Фото: Evgeny_V / Shutterstock.com
Чтобы соответствовать новым требованиям, «Роснефть» уже много лет формирует и расширяет свой научно-проектный комплекс, а это, на секундочку, более тридцати НИИ. И работают они не вхолостую: на их счету целый ряд важнейших открытий. И именно благодаря этим «кабинетным учёным» российская компания держится среди мировых лидеров по себестоимости добычи нефти: лишь 3,1 доллара операционных расходов на баррель!
То есть возможное падение цен, критически опасное для наших американских конкурентов, никак не сделает добычу в России нерентабельной.
Что даст России суперкластер «Роснефти» в Арктике
И разработка трудноизвлекаемых запасов в России тоже будет выгоднее, чем за рубежом. Приведём лишь один пример.
«Гепард», «РН-ГРИД» и другие
Как рассказал в интервью накануне конференции главный геолог «Роснефти» Андрей Лазеев, компания совместно с партнёрами разработала уникальную технологию «Гепард», позволяющую интерпретировать сейсмические данные в геологоразведывательных целях. Никаких аналогов в мире у этой системы нет. Её можно использовать в самых труднодоступных местах, она не требует прокладки кабелей (а значит, не воздействует на окружающую среду), и при этом даёт геологические данные очень высокой точности – никакими другими методами таких результатов добиться нельзя. Это Россия, друзья, мы умеем то, чего не могут другие. И те, кто считает, что в нашей стране только «выкачивают нефть», а все технологии мы заимствуем, пусть запишут себе в блокнотик: «Гепард» в скором будущем у нас будет покупать весь мир.
Эрик Лирон рассказал и о многих других технологических решениях: установка «Роснефти» на инновационное развитие реализуется железной рукой, каждый год в компании появляется множество крупных и мелких нововведений, упрощающих жизнь персоналу и делающих эффективнее бизнес-процессы. Одна из важнейших таких инноваций – промышленный симулятор гидроразрыва пласта «РН-ГРИД», полностью заменивший западные разработки подобного плана. С помощью симулятора можно с очень высокой точностью предсказать и смоделировать последствия гидроразрыва, минимизировать риски для окружающей среды, обеспечить наиболее удобный доступ к залежам углеводородов. И сейчас «Роснефть», ещё недавно зависевшая от чужого программного обеспечения, уже продаёт своё собственное. Сегодня уже интеллектуальная собственность компании становится финансово значимой частью её бизнеса – отличный пример для всей России.
Есть у «Роснефти» и собственный комплекс для геомеханического моделирования при бурении. «РН-Сигма» позволяет снизить риски при бурении горизонтальных и наклонно-направленных скважин, и при этом по основным показателям превосходит лучшие мировые аналоги.
Здесь делают бюджет России: «Роснефть» отчиталась о своих достижениях
Это наши победы
Интеллект побеждает трудности – объёмы добычи ТРИЗ «Роснефти» растут опережающими темпами, за пять «санкционных» лет они выросли более чем в два раза, а их доля в общем объёме приближается к 10%. К 2022 году нефтяной гигант планирует почти вдвое увеличить объёмы добычи трудноизвлекаемой нефти – почти до 33 млн тонн.
На одном только «РН-Юганскнефтегаз» запасы ТРИЗ оцениваются в миллиард тонн, хотя ещё недавно это зрелое месторождение считалось иссякающим. Ещё полтора миллиарда тонн ТРИЗ содержится в других месторождениях, так что специалистам «Роснефти» определённо есть над чем работать. Однако, как отметил Андрей Лазеев, у компании существует возможность значительного увеличения ресурсной базы ТРИЗ.
Благодаря технологическому прорыву компания ставит один рекорд за другим. Так, только в текущем году на Сахалине удалось пробурить самую длинную горизонтальную скважину в истории «Роснефти» – 8699 метров, практически высота Эвереста! А в Якутии новая скважина имеет более шести километров боковой длины – тоже рекорд.
Фото: Сергей Бобылев/ТАСС
Другой пример – тот же «РН-Юганскнефтегаз». Если в 2016 году на одном из месторождений за счёт пилотного проекта удалось сократить время бурения скважины до 19 дней с 30 (и это считалось громадным прорывом), то сегодня никого в компании уже не удивить новым рекордом – всего 9 дней на бурение скважины.
Увеличение эффективности работы скважин компании становится возможным и благодаря таким умным информационным системам, как «ГТМ-DB». Она позволяет анализировать результаты каждой скважины и находить причины неэффективности, извлекать уроки и принимать соответствующие меры. И системы, подобные этой, окупаются миллиардами сэкономленных инвестиций.
Не будем утомлять долгим перечислением цифр и технологий – Царьград всё-таки не техническое издание. Основной вывод, который можно сделать из материалов лидера нефтяной отрасли, – мы в России очень сильно себя недооцениваем. Наши возможности гораздо больше, чем нам внушают: Россия вполне способна счастливо и полноценно жить, опираясь исключительно на собственные силы. И не так уж важно, занимаешься ты нефтью или хлебом, станками или трикотажем, пишешь картины или программный код – у нас есть потенциал делать всё это на высочайшем, никому другому не доступном уровне.
Нужно просто понять и запомнить: Мы. Всё. Можем. Делать. Сами.