Распотрошить кубышку: Кудрин положил глаз на Фонд национального благосостояния

Возвращение блудного папы

Глава Счётной палаты Алексей Кудрин очень любит Фонд национального благосостояния (ФНБ) России. Это неудивительно – "кубышки", куда складываются "избыточные" деньги, полученные бюджетом от продажи углеводородов, считаются в России детищем именно Кудрина. Первым был Стабилизационный фонд, начавший функционировать с 1 января 2004 года, когда Алексей Леонидович был министром финансов в правительстве Михаила Касьянова. В 2008-м Стабилизационный разделили на Резервный и Национального благосостояния. В 2015-2016 годах средства Резервного фонда пошли на спасение экономики от последствий обвала цен на нефть и начала санкционной войны.

Сейчас у нас остался только ФНБ, размер которого постепенно достиг точки X, при которой можно приступать к тратам, – 7% ВВП.

За средствами Фонда тут же выстроилась длинная очередь. Её собирались немного проредить покупкой Сбербанка у Центробанка за счёт средств ФНБ, но зачисление на счета ФНБ доходов от продажи нефти в 2019 году снова открыло возможность для трат.

По архивам СМИ хорошо видно, как сразу после этого зачисления Алексей Кудрин начал везде сообщать, как именно нужно потратить "избыточные" средства. Так, в апрельском фильме Наили Аскер-Заде он заявил, что можно и нужно в 2020 году израсходовать более половины Фонда (то есть выйти за установленные законом пределы).

Потом бюджет спокойно сможет некоторое время заимствовать больше,

– успокоил Алексей Леонидович.

Требование максимальных трат Кудрин озвучивал на всех возможных платформах, прямо увязывая это с помощью гражданам и бизнесу. Мы, в общем, уже привыкли и не реагировали, ибо это были типичные благие пожелания, подкреплённые отсутствием личной ответственности Кудрина за происходящее в стране. Но сейчас он перешёл в следующую стадию – стал объяснять, что средства ФНБ инвестируются неправильно, что нам надо равняться на Норвегию и Азербайджан, больше рисковать и вкладываться в "высокоприбыльные" отрасли. И вот это уже интересно.

Фонда не хватит

Вливание денег в экономику само по себе является хорошей затеей, и Кудрин тут говорит, в общем, очевидное. Активнее инвестировать средства ФНБ в нашу экономику необходимо, главное – не допускать их утечки за рубеж. Не устаю повторять, что в России не хватает в первую очередь средства обмена: производство есть, услуги есть, а вот рублей, через которые можно обменивать одно на другое, катастрофически не хватает: наша денежная масса давно уже менее 60% от годичного ВВП (тоже не заоблачного), опускаясь порой и ниже 50%; для сравнения, у китайцев – практически 200%. Нам очень, очень нужна "кровь экономики" в количестве большем, чем есть сейчас.

К сожалению, деньги из ФНБ не дадут тут ощутимого прогресса.

Сейчас в Фонде примерно 11,7% от прогнозируемого ВВП на 2020 год (из них ликвидные – 7,8% ВВП), то есть даже полный его вброс в живой оборот лишь незначительно улучшит ситуацию. Нужны стратегические решения другого уровня.

Но Кудрин объясняет, что денег в ФНБ могло бы быть больше, что мы сами упускаем возможную прибыль. Правительство консервативно инвестирует средства в государственные облигации, депозиты, долговые обязательства, тогда как можно было бы вкладывать наши русские деньги, например, в недвижимость или в акции зарубежных компаний типа Apple, Microsoft, Alphabet – "как в Норвегии".

Кудрин уверен, что нужно деньги ФНБ инвестировать в акции зарубежных компаний типа Apple. Фото: Ricardo Rubio/Globallookpress  

Давайте рассмотрим эту инициативу повнимательнее. Но для этого надо понять, зачем нам вообще нужны деньги, в том числе деньги ФНБ.

Место денег – в России

Главный экономический параметр – это продукция: сколько её выпущено на душу населения, где есть избыток, а где недостаток. Сколько ни вводи разнообразных переменных и постоянных, экономика строится на том, чтобы человеку было где жить, что поесть-попить, чем согреться, у кого лечиться – и чтобы он был защищён от желающих это у него отнять. Удовлетворение этих потребностей достигается благодаря использованию универсального обменного средства – денег. Если не существует денег, очень сложно организовать даже элементарную добычу песка под строительные нужды: за одну только еду люди уже не работают, а бартер в современном обществе крайне затруднён. В 1990-х мы уже практически дошли до объявлений в духе "Меняю два десятка яиц на половину стрижки или рабочий час землекопа", сюда же относится выдача зарплаты продукцией (журналисты, бояться!) – повторить, конечно, можем, но не хотелось бы.

То есть песок – вот он, под ногами, карьеры вырыты по всему Подмосковью. Но нет денег – не будет добычи.

Из этого следует циничный вывод: даже воровство или нецелевое использование бюджетных или иных средств при условии, что они остаются в России, не является серьёзным ударом по экономике. Допустим, некий чиновник украл деньги и выстроил себе дом. Он при этом заплатил архитектору, дизайнеру, десяткам рабочих разных специальностей, они эти деньги потратили на свои нужды, средства остались в экономике, песок добывается, жизнь продолжается (что не отменяет необходимости лесоповала для вора). Иное дело – вывод за рубеж: не важно, делает это олигарх через подконтрольный банк, условный Джамшут экспресс-переводом или почтенная корпорация закупкой китайских стеклянных бус. Вот в этом случае Россия действительно теряет средства, восполнить которые бывает очень трудно.

Нерусская рулетка

Прекрасно всё это зная, один из лучших финансистов России предлагает скупать акции зарубежных IT-компаний. Да, во время пандемии этот сектор колоссально вырос, но Кудрин не может не помнить "кризис доткомов", он знает, что в цифровой код не оденешься и на завтрак его не подашь, что нынешний рост – спекулятивный, и за ним неизбежно последует откат назад. Он предлагает вкладываться в капитал Microsoft, компании-монополиста, которая и без того финансируется из России свыше всякой меры – через контракты со Сбербанком, через не работающую "Электронную школу". Он предлагает вкладываться в капитал Alphabet, основным активом которой является Google, насаждающий в России прямую цензуру. Суд уже назвал незаконными ограничения на просмотр фильма "Беслан", на очереди рассмотрение жалобы телеканала Царьград, в одночасье отсечённого от миллиона подписчиков. Отличное время, чтобы поддерживать Пейджа и Брина деньгами национального русского фонда!

Ещё более странной выглядит идея вложения денег ФНБ в недвижимость – она достойна анонимного пользователя блог-платформ, а не бывшего "лучшего министра финансов". Во-первых, существенная часть потраченных денег уедет в Среднюю Азию, но это тема другого разговора. Во-вторых, представим себе на секундочку, что в 2011 году, перед своей отставкой, Кудрин пролоббировал бы инвестиции в московское жильё, которое тогда дорожало на глазах, а по цене разбитой однушки на "Китай-городе" можно было купить виллу на испанском побережье. Где бы сейчас находились эти прекрасные инвестиции? Долларовые цены на недвижимость в России упали более чем в два раза, рублёвые еле-еле вышли в плюс по сравнению с предсанкционными годами (и то свою типовую подмосковную квартиру я едва ли сумею продать по цене её покупки семь лет назад). То есть Фонд потерял бы, спустил в пустоту огромные деньги. Кудрин уверен, что это не повторится? Что уже не повторяется прямо на глазах?

Не варяги, не половцы

Добавим, что выбор стран для сравнения тоже удивляет. Сопоставлять Россию с Норвегией в принципе бессмысленно – и добыча, и запасы углеводородов в пересчёте на число жителей там несравненно больше, чем в России (по добыче нефти в 2019 году – в 3,7 раза). Азербайджан тут соотносим с нашей страной, но, повторимся, он не вступал ни в какие экономические войны. И Норвегия, и Азербайджан – страны-сателлиты, пользующиеся защитой и покровительством более сильных держав. Россия – одна в чистом поле.

Сопоставлять инвестиционные стратегии России с норвежской и азербайджанской также невозможно, потому что эти страны не находятся ни под какими санкциями, у их денег совершенно другой юридический статус. Игра с чужими акциями на фондовой бирже – очень плохая затея при нынешних отношениях России с Западом. В любой момент могут прийти какие-нибудь люди из американского Минфина и сказать: а вот принадлежащие вам акции, скажем, Apple, мы замораживаем. Не изымаем, всё интеллигентно, просто до решения проблемы Донбасса вы не можете их продать.

Кто за это будет отвечать? Кто у нас хоть раз более чем отставкой ответил за ошибочные решения, нанёсшие огромный ущерб селу, городу, региону, стране? Ещё Ильф и Петров требовали введения статьи, карающей за головотяпство со взломом, но этот законопроект, к сожалению, до сих пор не внесён в Госдуму.