Николай Досталь: Я одолел беса
Эксклюзивное интервью режиссера фильма «Монах и бес»
Недавно на российские экраны вышел фильм "Монах и бес", в котором главный герой, Иван, проводит воспитательную работу над бесом Легионом. Показ прошел на фестивале «Вера и слово» и получил очень теплые отзывы. Кроме того, картина победила на киевском фестивале православного кино.
Режиссер фильма, народный артист России Николай Досталь в эфире программы "Наша страна" на Царьграде рассказал об идее фильма и о том, что такое бесы для человека.
Бороться со злом любовью
Елена Горенко: Вы знаете, я нахожусь под впечатлением от фильма. Для меня это было очень важное событие. Когда мы читаем с вами Жития святых, воспоминания насельников монастыря, мы все понимаем, что у них настолько открыты духовные очи, что они вот этих бесов, видят так, как мы с вами. Но мы всегда говорим о том, что они понимают, что с ними делать, как с ними бороться, как их направлять, как их нейтрализовать. Здесь ведь история совершенно о другом?
Николай Досталь: Ох, история о другом. Вот для лучшего понимания: у нас с Арабовым есть такой ключик к фильму, просто маленькая притча.
Е.Г.: Со сценаристом.
Н.Д: Да, автор сценария - Юрий Арабов. И пришел монах после больших таких трудов праведных, пришел в келью. Только думает, как бы лечь ему скорее на кушетку, отдохнуть. Устал, просто без сил. Смотрит, а на кушетке черт лежит, на его кушетке. С рогами такой, рогатый черт. Монах думает: надо же, тоже небось устал, бедолага. И лег под кушетку. И черт пулей вылетел из кельи.
Вот, значит, и любовью можно бороться со злом. Нам бы хотелось, чтобы эта мысль в картине была тоже.
Е.Г.: Николай Николаевич, но фильм-то о любви все равно?
Н.Д.: Конечно, конечно. О любви к человеку, к миру, к окружающим тебя людям, к природе. Естественно, к Всевышнему. И вот эта мысль, что со злом можно бороться и любовью тоже. Не как у нас говорят: доброта должна быть с кулаками. Там, где кулаки, там не любовь. А вот так, как Иван Семенович, сын победил беса, чувством любви, доброты, праведности.
Вот так вот. Хотя всегда, когда фильм снят, режиссер должен помалкивать уже. Фильм сам за себя должен, или внятно, или невнятно, как-то говорить. У нас даже один слоган такой был. Когда говорят: о чем же этот фильм-то, о чем этот фильм? Тут что-то и смешное, и грустное, смешение жанров, хотя мне это нравится. И Юра Арабов хорошо сказал: «Может ли черт стать человеком? А черт его знает». Хороший слоган, мне понравился.
Противодействие бесам нужно
Е.Г.: Для меня был важный момент, когда беса Легиона выносят на руках, он совершенно без сознания. И герой пытается привести его в чувство, говорит: «Легиоша, вставай». И вот этот момент, когда он пытается реанимировать героя трибун, уже перед самым финалом, он говорит: «Мы же с тобой всегда. Я же без тебя никуда. Мы же с тобой с детства».
Вот смотрите, здесь очень интересный момент. По сути, они без нас не могут. Потому что они без нас теряют свою суть. Им не на ком паразитировать, им некем управлять, им некого подвигать. А мы без них сможем чего-то достичь?
Н.Д.: А вот он хорошо говорит: ты можешь только в конфронтации со мной. То есть, чем сильнее на тебя давит вот эта бесовщина, чем сильнее действие, тем сильней противодействие.
Так же и у Ивана Семеновича было: чем сильнее на него давят, тем он сильнее, как противодействие. Поэтому Легион и говорит: «А просиять ты можешь только в конфронтации со мной».
Е.Г.: Провокационный вопрос: без Легиона он стал, тем, кем он стал?
Н.Д.: Это вот вопрос. Это вопрос. Я не знаю. По крайней мере, у нас вот так получается, что, как сказать, чем сильнее давят на него, тем он становился сильнее внутри. Так вот.
Бесы мешали снимать фильм
Е.Д.: Вы собирали мнения православных священников. Как они поняли эту историю?
Н.Д.: Я давал им читать сценарий. Разным, не буду называть фамилии, конечно, разным деятелям РПЦ. Они все отозвались позитивно. Что эта картина православная, нужная. Так что как бы получил от них одобрение, поддержку. И мне надо было. Потому что я не хотел обижать православный мир. Тем более такая тема – бесовщина вот эта, чертовня.
Ну, и потом, когда картину посмотрели священнослужители, абсолютно разных взглядов, точек зрения, они сказали: да, вы одолели беса этого, вы его победили, сняв такой фильм.
Я же четыре года его снимал. Бюджет не мог собрать, деньги не мог собрать. А мне все говорили: это бесы вас крутят, вот он не дает. Но я его одолел, я снял картину.