"Как же так, Коля, ты же офицер!": У слепого ветерана обманом забрали квартиру

"Я же ему поверил, — не может сдержать горьких стариковских слёз 96-летний Владимир Князев из Калининграда. — И человек вроде как не совсем чужой, всё-таки моя покойная жена дружила с его тёщей, к тому же — отставной офицер, а для меня это лучшее подтверждение порядочности. И вот такая гнусность... Как людям верить после такого?!"

Владимир Васильевич — ветеран, участник Сталинградской битвы, кавалер многих наград, в том числе — ордена Отечественной войны I степени.

А тот, кого он сейчас называет мошенником, — Николай Игнатов, житель Омска, бывший военнослужащий. И квартира, где доживает свой век ветеран, принадлежит теперь ему, в соответствии с договором купли-продажи, подписанным самим Князевым.

Вот только старик, у которого с годами совершенно испортилось зрение, утверждает, что жильё у него забрали обманом: обещали ухаживать за ним до конца жизни в обмен на квартиру, а в действительности подсунули совсем другой документ, фактически лишивший его жилья.

"Приезжай — будем жить, по-стариковски, вместе"

Гнусная история началась в 2018-м, спустя два года после смерти супруги Владимира Васильевича Галины, когда овдовевший ветеран коротал дни в совершенном одиночестве в своей квартире в пятиэтажке на ул. Чекистов — на здании, кстати, установлена памятная табличка, извещающая прохожих о том, что там проживает ветеран Князев.

И вот однажды ему неожиданно позвонил Николай, муж дочери близкой подруги молодости его покойной жены Галины, Людмилы, которая для Князевых, не имевших собственных детей, была как родная дочь. И сообщил, что у Люды обнаружили рак, и он, мол, скоро тоже может стать вдовцом, а потому хотел бы уехать из Сибири в Калининград, к тому же и дочь его живёт неподалёку, в Клайпеде (Литва).

"И я ему сказал, что раз так, то давай, переезжай, если что, станем вместе жить, и ты ведь уже не молод (Игнатову 71 год), а мне и вовсе одному тяжело, будешь помогать по хозяйству, — рассказывал Владимир Князев. — Выписываться не буду. А как помру, так останется квартира тебе".

Тем более что и сам Князев, инвалид войны 1-й группы, уже чувствовал себя весьма неважно: на очередном обследовании у офтальмолога ему поставили "почти зрелую катаракту" обоих глаз и глаукому левого глаза, но операцию ему проводить не стали в силу возраста. А близких родственников у него нет, только дальние, но с ними он и не общается.

В общем, в мае того же года Игнатов и приехал — сразу вместе с дочерью. И чуть не с порога предложил старику "интересное решение": чтобы всё было по-честному, нужно оформить договор ренты — пожизненного содержания, с последующей передачей уже после смерти Князева жилья бывшему офицеру.

На том и порешили.

"Всё в порядке, обычная формальность, подписывайте"

Дальше события развивались стремительно. У дочери Игнатова очень быстро нашлась в Калининграде знакомая риелтор, которая согласилась оформить сделку по-быстрому, но не в региональном центре, а в его городе-спутнике Гурьевске по той причине, что там нет очередей.

Вчетвером сели в машину, поехали. Прибыв к зданию гурьевского многофункционального центра, Игнатов и его дочь зашли в здание и уже через несколько минут вернулись с девушкой-регистратором.

Мне сказали, что нужно расписать в документах, — объяснял ветеран. — Когда явилась к машине эта барышня-чиновница, она подала какую-то бумажку и сказала: "Подпишите". Я ей говорю: "Да что подписывать-то, внученька, я ж не вижу ничего!" А она: "Да вот здесь, просто росчерк поставить и всё". И я подписал.

Игнатов утверждает: старик знал, что подписывал договор купли-продажи, деньги ему передали там же, в салоне автомобиля: три пачки с купюрами номиналом в 5000 рублей (полная сумма сделки, согласно документам, составила 1,8 млн рублей). И будто бы Князев сам пересчитал наличные — в то время, как знакомые инвалида войны, в том числе его соседи (если уж не брать во внимание заключение врачей), утверждают: в последние пару лет, после смерти жены, он стал очень плохо видеть: перестал читать газеты, различает только силуэты, а телевизор не смотрит, а слушает.

Далее — ещё одна странность, которая следует из показаний бывшего офицера в суде: Князев отказался класть деньги в банк, а решил спрятать их где-то в квартире. И куда они потом делись, соответственно, никто не знает.

После сделки Игнатовы уехали, оставив Владимира Васильевича с подысканной ими сиделкой, которая время от времени приходила в квартиру, прибиралась, готовила еду. Платил ей, разумеется, сам ветеран — из пенсии.

"Доводы ветерана не убедительны: он всё видел и понимал"

Всё выяснилось, однако, не сразу: через несколько месяцев, когда платёжки за коммуналку стали поступать на имя Игнатова — нового, по документам, собственника жилья.

Старик позвонил, потребовал объяснений и услышал, что он-де добровольно продал свою квартиру и получил за это деньги.

Владимир Князев, однако, руки опускать не стал и решил биться до победного.

В суде мы указали на несколько странностей, которые явно ставили под сомнение версию нашего оппонента, — рассказал Царьграду юрист Денис Богдашкин, представляющий интересы ветерана. — Это и то, что Игнатов проговорился на одном из заседаний, что рассматривался вариант с процедурой дарения квартиры, что сразу вызывает вопрос, а с чего бы это, собственно, возникла тогда тема с продажей? И то, что ни Игнатов, ни его дочь не смогли объяснить происхождение суммы, якобы уплаченной за квартиру Владимира Васильевича. И, наконец, очевидно, что почти слепой человек никак не мог разобраться с текстом документа, на чём настаивают ответчики.

Тем не менее Центральный районный суд Калининграда счёл доводы ветерана неубедительными, а вот аргументы бывшего офицера — заслуживающими доверия. И вынес решение отказать Владимиру Князеву в исковых требованиях.

Фото документов: предоставлено Царьграду адвокатом Денисом Богдашкиным.

Суть объяснений вкратце такова.

Во-первых, "бесспорных и достаточных" доказательств того, что Князев имел серьёзные проблемы со зрением на момент совершения сделки, нет, а проводить экспертизу зрения ветерана нет смысла. Следовательно, он не был лишён возможности ознакомиться с текстом договора купли-продажи.

Во-вторых, в действиях Игнатова нет умысла на обман: сделка утверждена документально, подписи стоят.

В-третьих, слова истца о том, что деньги ему не передавались, не имеют правового значения для признания сделки недействительной, поскольку по законодательству это может лишь послужить основанием взыскивать оплату иными способами.
В-четвёртых, все действия ветерана были добровольными.

И, в-пятых, показания риелтора, дочери Игнатова и остальных свидетелей ответчика вызывают больше доверия, чем слова соседей и знакомых ветерана.

А уголовное дело, однако, возбуждено — по статье "Мошенничество"

"Конечно, мы не согласны с таким решением, оно обжаловано, — говорит Богдашкин. — Но шансы здесь 50 на 50: такова практика, крайне редко решения суда первой инстанции в таких делах отменяются".

И знакомые Игнатова уже вроде как намекали Князеву, что он зря вообще ввязался в это дело, начал его раздувать, поэтому лучше бы старику собирать вещички на выход.
Впрочем, историей, по информации Царьграда, уже заинтересовались в прокуратуре Калининградской области — глава регионального надзорного ведомства Сергей Хлопушин даже лично встретился с ветераном, назвал произошедшее недопустимым.

"Ни полиция, ни суд не помогли ветерану вернуть в собственность свою квартиру, но прокуратура в ходе своей проверки выявила нарушения закона, — сообщили в надзорном ведомстве. — Сейчас следствием возбуждено уголовное дело по статье "Мошенничество" и подготовлено апелляционное представление прокуратуры на решение суда".

В Следственном комитете подтвердили факт возбуждения уголовного дела.

Царьград продолжит следить за разбирательством. Будем надеяться, что по крайней мере в год 75-го юбилея Великой Победы (вообще-то очень хочется, чтобы о ветеранах и их проблемах вспоминали не только в преддверии знаменательных дат) справедливость восторжествует.