сегодня: 28/02
Святой дня
Преподобная Евфросиния Александрийская

Статьи

Андрей Ткачев: Скупцы и расточители горят в аду рядом



Протоиерей Андрей Ткачев о скупцах, расточителях и "Божественной комедии" Данте

Автор
1397 просмотров

Мы продолжаем путешествие по виртуальным пространствам – круговым, концентрическим таким пространствам Ада, вместе с Данте и его проводником Вергилием, и я сейчас скажу зачем.

Дело в том, что человек живет в доме языка. Дом человека – это язык. Язык – дом человека, дом бытия по Хайдеггеру – и вот язык, образ мышления, насыщенность сердечная великих средневековых поэтов и писателей, подобна монументальному сложному зданию типа собора – некая дуома, Кёльнский собор, Миланская дуома.

А мы живем в каких-то маленьких домиках, в какой-то хижине папы Карло, или дяди Тома, в каком-то подвале – как дети подземелья. Нам нужно иногда выходить из этих своих вонючих подвалов, своего личного мелкого бытия, и заходить под своды, прохладные своды огромных соборов. Чтобы посмотреть, как играют солнечные лучи на витражах, как звучат молитвы или проповеди, как совершаются какие-то божественные церемонии, службы и богослужения.

Вот для этого мы заходим в дом жизни, в дом бытия Данте Алигьери, который нам, сегодняшним людям, говорит о том, что грех есть – грех есть, и за грех наказание есть, существует некий ад. Есть адская реальность, вывертыш такой жизни – изнанка. И там где вы скажете, первый круг, сладострастники: "Да какие сладострастники, как блудил, так и буду блудить! Идите с вашим Данте…". А там дальше обжоры скажут: "Да какие обжоры! Я как жрал, как свинья, так и буду есть всё, что есть хочу, и никто мне меру не положит, и постов я ваших не соблюдаю…"

И так далее, и так далее – до самой Бездны. Там, где гордый Сатана замерз в озере Коцит, человек спускается умом туда, и не хочет больше ничего слушать! И нам нужно, как противоядие нашей мелкой мысли и нашей этой каморке папы Карло, в которой мы живем, в духовном отношении противопоставить красивое здание духовных реальностей. Это поэтическая вещь такая, но она очень влияющая на жизнь, и она называет грех по имени. Итак, миновали мы поле никудышных, залезли мы в поле сладострастников, потом залезли в круг, спустились ниже к обжорам, а потом нас ждет следующий круг – это круг, в котором находятся скупцы и расточители. 

Отметьте красоту мысли: скупцы и расточители находятся в аду в одном месте. Очень важная мысль – и те, и другие относятся к имуществу. К заработанному. Только одни трясутся над копейкой и молятся ей, как скупой рыцарь, пожалуй, может быть, Пушкин в "Скупом рыцаре" лучше всех изобразил вот этот трепет старого мерзавца, который спускается в подвал, чтобы всыпать в сундук еще пару цехинов. И вспоминая сладострастных – как он забрал их из дрожащих рук голодной матери, или востребовал свой долг с кого-то – и он пересчитывает их, и он сладострастно трепещет над своими открытыми сундуками в темноте со свечой сальной.

Это скупец, он молится богатству, он не тратит его, он не обладает им, оно обладает им – и во имя него он тянет жилы из живых людей.

А с другой стороны – люди, которые сорят деньгами в том же "Скупом рыцаре" есть сынок, как правило, они влезают в долги, они закладывают, что хочешь – вплоть до души своей. Которая может быть не нужна никому, ну кроме диавола, конечно, ему все души нужны. И они сорят деньгами, они проматывают отеческое достояние, что предыдущие поколения наживали в течение многих-многих десятилетий и столетий – эти разматывают в считанные годы.

На наших мажоров гляньте. То есть папа учился в институте, жил в общежитии, ел кильку вилкой при горелке в столовой института, потом как-то разбогател, значит, стал миллионером, его чуть не убили, потом он третий раз женился, потом туда – потом сюда. Потом у него родился сынок, который проматывает в день то, что папа в его юности зарабатывал за 10 лет.

Скупцы и расточители – всем им место в Аду. Вот за что он нам нужен, за что мы должны благодарить Данте Альгьери. Скупцам место в аду, расточителям тоже. Они скажут: "Да ну вас, попов, вечно вы всех пугаете, что вы думаете". Ответят: "Мне не веришь – Данте почитай!" Они все вместе, они там воюют, между прочим. Скупцы воюют с расточителями, потому что одни других не любят. Они говорят – ты тратишь то, что я целую. А те других не любят. Потому что говорят – ты копишь то, что я трачу. Они находятся в редких контрах. Как правило, это отцы и дети. Отцы скупцы, а дети расточители. Бывает, правда, наоборот.

В общем, у них там война. Одни – негодяи, которые влюбились в материальные блага, воюют с другими негодяями, которые тратят то, что не заработали. Ну и услышав об этой интересной новости, которую сегодня мы с вами обсудили, стоит пожелать всем тем, кто слышит нас, чтобы вы зарабатывали трудом своим хлеб свой, но не молились на деньги, а пользовались ими. И пользуясь ими, мы умели делиться, умели откладывать на какие-то специальные важные дни вплоть до черного дня, но не превращались в скряг, с одной стороны, и в мотов, с другой стороны. Чтобы мы искали во всем царского пути и золотой середины. Вот ради этого одного стоит развертывать иногда листы в фолиантах больших с красивыми надписями. Например, такими, как Данте Алигьери "Божественная комедия".

Новости партнеров
comments powered by HyperComments

Новости

Наверх