сегодня: 28/03
Святой дня
Священномученик Михаил Богословский

Статьи

Андрей Ткачев: Апокалипсис содомитов откладывается

Не стесняйтесь сказать, что содомит - это содомит, а не герой современного эпоса

Перейдем к теме болезненной, знаковой для современного мира. Это выступление в пространстве СМИ архиепископа Кипрской церкви православной, Хризостома, о несовместимости активного позиционирования себя как гомосексуалиста с христианской верой.

Имеется в виду, что есть люди, страдающие этим пороком, называющие его пороком, и не иначе, мучающиеся этим, кающиеся, плачущие. Здесь нет места осуждению, потому что это порок. Многие обжоры не могут похудеть, курильщики не могут бросить курить, воры-клептоманы вечно в чужой карман лезут, блудники сумасшедшие до старости лет, до седых волос точат слюной на чужую юбку - это всё позор, позор нашей природы, это всё падение наше, это наш грех.

Также и гомосексуалисты. Но одно дело, когда человек говорит: "Я грешен, каюсь", - шепотом на исповеди, и мы не говорим ему: "Пошел вон отсюда, мерзавец, паскуда, содомит". Нет, Боже сохрани! "Брат, Господь да хранит тебя!".

А другое дело, когда говорит: "Да я вообще самый классный! Это вы все тупые натуралы, а мы такие креативные!" И начинается подбор всяких известных людей, которые были больны на заднее место, и якобы самые главные философы - гомосексуалисты, самые главные музыканты - гомосексуалисты. Начинаются гей-парады…

И об этом сказал  архиепископ Кипрский Хризостом, предстоятель Кипрской церкви. На него, конечно, сразу направили газетно-журнальные и интернетские дула, дескать, ты чего такое сказал, ты что, не в Евросоюзе, что ли? Что, не знаешь, что мы вообще толерантные? А он им начал объяснять, что "я их не осуждаю, вообще я никого не осуждаю, я говорю о том, что нельзя пропагандировать грех, что личный грех - это личный грех, это тайна исповеди, это тайна совести, это тайна боли человеческой,  это вообще то, что Господь только врачует".

Но когда есть маршевые колонны, когда есть армия греховодников, которые гордятся грехом, говорят: "Да мы вообще нормальнее вас! Это вы там, постыдники, всего лишь женщин любите, мы тут - понимаешь, ух, какие мы", - вот это, конечно, война.

Совсем недавно мы не могли представить себе, что это будет войной. Люди уже боятся об этом говорить, боятся против этого выступать, потому что засудят, заклюют, затюкают, растиражируют, сделают притчей во языцех, и окна Овертона становятся очень широкими.

Раньше было окошко Овертона, потом было евроокно Овертона, а потом стеклянные стены Овертона, а потом еще стеклянный дворец Овертона.

Битва идет за человека. В контексте происходящего надо сказать, что Апокалипсис откладывается. То есть, они бы хотели всех нас уже сегодня замотать в свою гомосятину, в свое паскудство и сказать, что так и надо. Но, пока у них не получается. Да еще и не получится. Завтра точно не получится.

Поэтому не стыдитесь называть черное черным, а белое белым. Не стесняйтесь сказать, что грех - это грех. А святость - это святость. Потому что горе тому, кто скажет, что сладкое - это горькое, а горькое - это сладкое.

Поэтому в быту, на работе не стесняйтесь сказать, что содомит - это содомит, а не герой современного эпоса, а развратник - это развратник.  И что паскуда, сгнившая в грехах - это паскуда, сгнившая в грехах, и не плюс, и не минус. И ад - для одних, а Царство Божие - для тех, кто называет белое белым.

Новости партнеров

Новости





Наверх