Александр Дугин: Человечество решилось на то, чтобы убить Бога. И убило само себя

5 июня кое-кто празднует День окружающей среды. Экология сегодня активно выталкивается на первый план. Стоит только вспомнить отмороженного подростка Грету Тунберг, пытавшуюся с другими детьми остановить полёт самолётов, поскольку они подвергают облака харассменту или по какой-то иной, но в целом схожей причине. То есть Грета сегодня празднует и опять в который раз прогуливает школу, развлекаясь на яхтах с пожилыми миллиардерами, тоже экологически озабоченными.

Мирча Элиаде, великий знаток мифов и религий, однажды сказал: "Природа целиком обусловлена культурой – nature is culture bound". Это гораздо более глубокое замечание, чем самая глубинная экология.

Иными словами, никакой природы самой по себе нет. Природа – проекция культуры и её бытие – вытекает из субъекта, из духа, из культуры. Каков дух, такова и природа. И если дух прозрачен и чист, если культура возвышенна и божественна, то таковой будет и окружающая человека среда. Чистому всё чисто.

Русские религиозные философы говорили о софийности мира. Мир софиен, то есть пронизан лучами Божественной мудрости. Но снова не сам по себе, а в силу прорыва человеческого бытия в самые далёкие и высокие горизонты. 

Человек творит мир вместе с Богом – или если без Бога, то безжалостно портит, искажает его. Загрязняет окружающую среду. Потому что он сам становится грязен душей или вообще о ней забывает. Чисто телесный человек живет в чисто телесным мире. Он делает окружающую среду чисто телесной. Но это уже само по себе гадость – жить в мире плотных, гравитирующих к самому низу, непрерывно разлагающихся тел.  

Покидая рай, человек начинает превращать окружающий мир в ад, в торжище, в объект присвоения и эксплуатации. Он начинает извращать природу, видит в ней только врага и объект для извлечения выгоды.

Но такая природа, грязная, тупая, агрессивная, наполненная миазмами нечистот и разложения, – это тоже лишь порождение человеческого духа. Павшего духа, больного и извращённого. Какова культура – такова и природа.

Окружающая нас среда – это продукт капитализма. Она плотна, распределена между субъектами как частная или государственная собственность и торгуется на рынках. А все отходы беспощадно бросаются в неё как в огромную разверзшуюся помойку. Но эта помойка – не просто творение рук человека, это проекция того, что сам человек капитализма, материализма и Нового времени стал помойкой.

И вот теперь человек начал это замечать. Но он видит только то, что с окружающей средой всё катастрофически плохо. И, может быть, искренне, а чаще всего потому, что глобалистские фонды за это приплачивают, озаботился её спасением. Но это же просто откровенное лицемерие или скудоумие. Разве можно что-то улучшить в природе, оставив человеческое общество в том же состоянии? В той же духовной грязи? В том же материально-телесном низменном копошении?

Сегодня принято говорить, что мы живём в эпоху капиталоцена. Как ранее новый аналог плиоцена, плейстоцена или голоцена. Именно этой капиталистической культурой, капиталистическим эгоистическим и жестоким мировоззрением и предопределена современная природа.

Спасти её можно только начав с главного – с человека. Гибнет и разлагается именно человечество эпохи глобального капитализма как кульминации европейского Нового времени.

Именно в Новое время человечество решилось на то, чтобы убить Бога. И убило само себя. А окружающая среда лишь зеркало. В ней мы созерцаем свой собственный конец. И в такой ситуации сколь же бессмысленны попытки "излечить зеркало", оставив оригинал в том же состоянии.

Если мы хотим спасти природу, надо спасать культуру, надо спасать человека – вся проблема в нём и только в нём. Экология, на самом деле, область парализующей иллюзии, убаюкивающей лжи. Вместо истинного врага – европейского Нового времени и его материалистических идеологий, кульминирующих в либерализме и глобализме – нам предлагается сосредоточиться на спасении пчёл.

Пчёлы, кто спорит, прекрасны, трудолюбивы и мудры. И им на самом деле грозит гибель. Но если человек будет двигаться в том же направлении, в каком сегодня, то даже спасение пчёл ничего не изменит, тем более что они просто вымрут окончательно, если у человека больше не будет культуры. Ведь сама природа предопределена культурой и страдает, когда эта культура рушится. А она сегодня рушится.

Это была директива Дугина о необходимости спасения человека – как главной предпосылки для защиты окружающей среды.